Игра в наперстки

Во всем этом Игорь сразу и честно признался, понимая, видимо, что еще немного, и ему пришьют все, что только можно и немного больше.

– Надо ехать в госпиталь, – вздохнул Гуров, глядя на ворох распечаток с флешки, которую дал ему Рассолкин. Вторая копия была у Крячко, который снова взял на себя дирекцию конвента.

Согласно данным анализов воды, релаксант был только в тех бутылках, которые лежали в машине. И тут снова получалось, что отпускать Игоря пока не стоит. Потому что именно он занимался тем, чтобы в каждой машине оказалась вода.

Поэтому и оказалось, что были наняты не туристические автобусы, а обычные, списанные с общественного транспорта. Два «микрика» и один обычный односекционный автобус.

– Тут он скорее всего просто положил деньги себе в карман, а нашел то, что было подешевле, подав под соусом, что ничего другого на это время не было. Туристический сезон, – сказал Гуров.

Рассолкин снова напросился с ним, сказав, что у него пока все равно других дел нет, да и неплохо было бы навестить врачей.

– Хорошо, пять минут вам на отдых, чтобы прийти в себя, и едем, – скомандовал Лев. Но через пять минут, после еще одного телефонного разговора, оказалось, что если и ехать, то по другому делу. – Так, – Лев положил трубку и обвел тяжелым взглядом коллег, – трупов становится все больше.

– А Жанна?

– А Жанна жива и идет на поправку. Всех пострадавших переводим в отдельное крыло, там есть пара свободных палат, и ставим охрану. Просят наших людей и кого-нибудь из лаборатории, нужно будет еще раз проверить все анализы. Но пока это только подозрение.

– Какое?

– Главврач сказал, что однажды видел похожее. Яд подействовал на человека не сразу, а через определенное время. Как он объяснил, яд стал именно ядом в тот момент, когда стали проводить реанимационные действия.

– А если танцевать от Воронцовой? Если она последняя жертва, то нужно максимально досконально проверить ее.