Игра по-крупному

Понятно, что в этом случае меняется угол зрения и, будь вода попрозрачней, они обязательно увидели бы его под каяком. Но на хлипкой лавде их ждал провал в буквальном смысле слова. Спрыгнув после первого залпа, стрелки пробили ногами тонкий, в тридцать-сорок сантиметров, слой корней и отмерших стеблей. Если бы не растопыренные локти и ружья перед грудью, они бы ухныли вниз с головой. Вот когда их вытаскивали, Вовец и успел ускользнуть незамеченным. Ну и повезло же ему! А сейчас следовало спрятаться по-настоящему.

Он увидел болтающийся на воде длинный стебель тростника, подтянул к себе. Нашарил у пояса нож и отмахнул толстый нижний кончик. Потом метром выше сделал надрез и переломил стебель в этом месте. Получившуюся трубку продел под резиновую ленту маски и взял в рот. Голову пришлось повернуть вбок. Разодрав корневища и торф, забрался под лавду с головой, дыша через переломленную тростину. Его лицо прикрывали клочья грязного торфа, мутившие воду ещё больше, но он сквозь стекло маски мог различить, что делается на акватории залива.

Стрельба наверху прекратилась, и он понял, что каяку настал каюк. Держась одной рукой за корни, другой принялся снимать ботинки. Жалко было их топить, но ничего не поделаешь, следовало подумать о будущем. Плавать в них очень плохо, ноги шибко устают. Правда, подумав, он прицепил их за шнурки к корням камыша рядом с собой. Ему становилось холодно, по телу пробегала дрожь. Это беда худощавых – легко замерзают в воде, даже летом, даже в жару. Упитанные чувствуют себя гораздо лучше и могут часами резвиться в волнах. А Вовца минут через пятнадцать начнет ощутимо колотить в ознобе, и зубы застучат. Так недолго и свою дыхательную хворостину потерять или прокусить…

А враги, как назло, продолжали розыскные мероприятия. Он слышал сквозь толщу торфа и воды чавкающие шаги. Они приближались, отдалялись, приближались снова. Какой-то урод даже наступил ему прямо на голову. В общем-то ничего опасного, его просто чуть придавило вниз.

И он даже загордился своей изобретательностью – по голове ходят, а найти не могут. Потом послышались шлепки весел. Он хорошо запомнил эти звуки вчера, когда ему плеснули воды в дыхательную трубку, и сейчас слегка запаниковал, испугавшись, что история повторится. Неприятные ассоциации и воспоминания имеют свойство провоцировать на нерациональные и просто глупые действия. Вот и сейчас Вовцу захотелось исчезнуть под водой, раствориться в ней без осадка.