Компот из запретного плода

– Вы меня слышите? – с легким раздражением повторила она. – Федор отсутствует.

– И очень хорошо, – как ни в чем не бывало продолжил баритон. – Заря горит, от хозяина привет с поклонами, выдай грамоту.

Разверзнись у генеральши под ногами земля и выскочи из образовавшейся дырки сам сатана, женщина и то испугалась бы меньше. Горло сдавила железная рука.

– Эй, Нинель Митрофановна, – издевательски напомнил о себе баритон, – вы никак забыли об Александре Михайловиче Дегтяреве? Сам он приехать не может, возраст уже почтенный имеет, меня прислал, так как? Встретиться надо.

– Нет! – в ужасе завопила Нинель.

– Отчего же? – саркастически поинтересовался мужчина. – Одна сидите, Федор Михайлович в командировке, вернется через три месяца.

– Приказывайте, куда прибыть, – от шока перешла на лексику мужа Нинель.

– В скверик на Пушкинской площади, – спокойно назвал место баритон, – сядете на скамеечку, найду вас сам.

На дворе шпарило августовское солнце, москвичи шли в легкой, почти невесомой одежде, а Нинель Митрофановну колотил озноб, согреться не было никакой возможности, ни в душном метро, ни на раскаленной площади несчастной генеральше не стало теплее, руки у нее превратились в ледышки, а ноги в задубевшие поленья.

Кое-как дойдя до свободной лавочки, Нинель плюхнулась на деревянное сиденье и принялась с ужасом оглядывать присутствующих. Отчего-то ей подумалось, что баритон – ровесник Александра Михайловича, ему, наверное, лет сорок… Таких мужчин на площадке не оказалось.

– Здрассти, – неожиданно прозвучало сбоку.

Нинель вскочила и прижала ладонь к груди.

– Да вы сядьте, – ласково сказал довольно молодой, лет двадцати пяти, человек, – чего испугались? Мне дедушка вашу фотку показывал, совсем почти не изменились, даже волосы не поседели.

– Я их крашу, – неожиданно для себя объяснила Нинель, – это очень просто.

– Дедушка вам привет передает, – оборвал ее паренек.

– Кто? – прошептала Нинель.

– Дегтярев Александр Михайлович, – спокойно пояснил парнишка, – я, кстати, его полный тезка, назвали в честь дедушки Сашей, а отец у меня Миша, вот и получился опять Александр Михайлович Дегтярев. Во, смотрите! Только меня все Сашок зовут.

Перед носом переставшей что-либо соображать Нинели появился раскрытый паспорт.