Компот из запретного плода

Велено тебе бумагу стеречь, пароль запомни, про зарю, с таким и к тебе рано или поздно придут, да еще…

Семен замолчал, Нинель терпеливо ждала, пока «дядя» продолжит рассказ, потом взгляделась в осунувшееся, враз пожелтевшее лицо мужчины с остановившимися глазами и заорала. Ее собеседник умер, не успев договорить фразы.

Нинель похоронила Семена честь по чести, отметила девять дней, сороковины и постаралась жить счастливо. Прошлое не напоминало о себе, Федор шагал по служебной лестнице, ловко делая карьеру, его жена сидела дома, вела хозяйство и чувствовала себя счастливой.

К бывшей любовнице Дегтярева она, поразмыслив, не поехала, начальник зоны как в воду канул. Да и быть охранной собакой неких сокровищ, объезжать хранительниц золота Нинель не хотела. А потом, она не поверила Семену, мало ли какие фантазии придут в голову умирающему. Ну, зачем Александру Михайловичу распихивать драгоценности по бабам? Небось наболтал «дядя» глупостей перед смертью."

"Покатились вполне счастливые годы; детей у Нинели и Федора не случилось, но ни жена, ни муж не страдали из-за отсутствия наследников, оба были не слишком чадолюбивы и хотели провести земные дни в комфорте, особо не заботясь о других.

Жила Нинель и радовалась, но тут внезапно случилась беда, да еще какая! Неприятности начались с самого обычного телефонного звонка.

– Алло.

– Нинель Митрофановна? – послышался приятный баритон.

– Да, слушаю.

– Привет вам издалека.

Думая, что звонит знакомый Федора, какой-нибудь провинциальный офицер, приехавший бог весть откуда в Москву и желающий бесплатно пристроиться на ночлег, Нинель крайне сухо ответила:

– Федора Михайловича нет сейчас в столице, вернется через три месяца.

Заявление было совершеннейшей неправдой, муж корпел в министерстве и, как всегда, должен был явиться домой около восьми, но Нинель Митрофановна, больше всего ценившая размеренную жизнь, совершенно не хотела впускать в свою уютную, сверкающую чистотой квартирку отвратительного, потного мужлана из какого-то Задрипанска.