Компот из запретного плода

Колье принадлежало…

Слушая мой рассказ, Нинель Митрофановна все больше горбилась на стуле, а лицо ее теряло равнодушно-спокойное выражение. В конце концов передо мною оказалось жалкое существо, скрюченное, как младенец в утробе матери.

– Так и знала, – прошептала она, – предвидела, добром это не кончится!

– Вы реализуете краденое, – безжалостно добивала я Нинель Митрофановну, – используете наивную Евдокию Семеновну и Сержа, желающего помочь женщине, которая сделала ему много добра. Одного не пойму – ну каким образом вы связались с ворами и почему подставили лучшую подругу вкупе с мужчиной, которому на некоторое время заменили мать?

Нинель схватила пузырек, накапала валокордин в пустую рюмку, опрокинула ее в рот и повторила:

– Так и знала!

– Сколько веревку ни вить, а концу быть, – пожала я плечами.

Нинель вздрогнула.

– Это невозможно.

– Почему? Не знаете телефон Кудо?

– Кого?

– Наглых воров, Мадлен и Вадима, вернее, Марины и Димы, или уж не знаю точно, какие имена вписаны в паспортах у негодяев.

– Кудо?

– Да.

– Не знакома с такими людьми…

– Ага, колье нашли на улице, возле магазина, куда пришли купить кефир.

Нинель выпрямилась.

– Не смейте оскорблять меня! Проникли обманом в мой дом, прикинулись дурой!

– Думаю, в противном случае вы бы не захотели со мной беседовать.

– А я и сейчас не желаю говорить с вами.

– Ладно, пойду в милицию.

– Скатертью дорога!

– Расскажу там правду про вас!

– Да? Какую же?

– Про колье!

Нинель усмехнулась:

– Интересно!

– Вы торгуете краденым.

– И где доказательства?

– Вот ожерелье.

– Оно у вас, а не у меня.

– Правильно, забрала его у Евдокии.

– А я тут при чем?

– Вы дали его наивной вдове генерала.

– Нет.

– Как это?

– Очень просто, нет.

– Но Евдокия Семеновна сказала…

– Бордюг выжила из ума, несет чушь.

– Колье было у нее.

– Правда?

– Вы издеваетесь?

– Упаси бог, просто трясете передо мной украшением и сообщаете, что оно ваше.

– Верно.

– Тогда при чем тут Дуся?

– Колье дали ей вы!

– И кто это видел? Где свидетели? Сказать можно что угодно! – нагло прищурилась окончательно взявшая себя в руки Нинель. – Если обратитесь в милицию, я заявлю легавым: первый раз вижу эту штуку. И что дальше?

Слово «легавые» ударило по ушам, в моем мозгу моментально вспыхнул свет.