Игра для истинной

Вот бы кинуть в него что-нибудь.

Осматриваюсь, но вокруг ничего. Даже тумбочка пустая. Странно, на фото, кажется, тут были вазы и свечи. Много свечей. Или посетители сами их привозили?

– Радуйся, что хотя бы этот разврат есть. Как по мне, голой ты выглядишь лучше! Так что, если тебе не нравится, снимай! – произносит и нагло протягивает ко мне руку.

– Очень смешно!

– Тогда… оставляем?

Уж лучше так, чем голышом сидеть. Кстати, а на мне что, и трусиков нет?

Рука ныряет под одеяло и проверяет. И правда – нет!

Макс словно понимает, что я делаю, и снова довольно улыбается.

Убью!

– Ты такая смешная, когда злишься. Точно не хочешь снять это безобразие?

– Я точно хочу прибить тебя! – рычу, отползая подальше к изголовью.

– Многие этого хотят, но ни у кого не получается. Кстати, правильно, что не раздеваешься, – кивает и поудобнее устраивается у столбика кровати.

– Это ещё почему?

– Я сам хочу разодрать твою сорочку на клочки. И я это сделаю. Позже!

А-а-а! Да что он несёт!

– Я не буду с тобой спать!

– А кто говорил о сне? Нет, моя хорошая, ты не сомкнёшь глаз до самого утра!"

"Почему у меня такое чувство, что меня просто не слышат? Закрываю глаза и хочу начать биться головой об стенку.

– Хватит смущать меня. Лучше расскажи про Романа. Или про отца.

Наконец-то лицо Макса меняется. Да что уж там, он даже встаёт, и я чувствую гнев, который от него исходит. А вот это уже интересно.

– Алмазов оказался той ещё занозой. Мои люди прятали нас, путали следы для ищеек твоего бывшего.

Так меня действительно искали?

– Мы и правда прятались? Документы, работа и всё остальное…

– Не то чтобы я прямо прятал тебя… Всё же город большой, найти человека сложно… Но да, мои люди прикрывали нас.

– Но зачем? В смысле, если ты такой же, как Рома, то…

– Я не такой же, Вероника! Тот мальчишка и рядом со мной не стоял.

– Я опасен, Ника, как никто в этом мире.