Идеальный план

В моем животе образуется странная пустота, когда приходит осознание того, что этот тест не Инди. Меня захлестывает разочарование, но я стряхиваю его, вникая в слова, которые только что произнесла моя сестра.

– Стиви. – У меня срывается голос, и уже мои глаза застилают слезы. – Ты беременна?

Она кивает со смехом, который быстро переходит в рыдающий вскрик.

– Эй. Эй, – успокаиваю я, заключая ее в объятия, обхватывая голову, чтобы она спряталась у меня на груди. – Почему ты плачешь?

– Не знаю. А ты?

– Потому что моя сестра-близнец собирается стать мамой, а значит, я стану дядей.

– Мне страшно.

– Почему?

– Потому что я не провела всю свою жизнь, мечтая об этом так, как ты. Я не думала о детях, пока не встретила Зи.

– Стиви. Из вас двоих получатся отличные родители. Я имею в виду, если дети будут хоть немного похожи на своего отца, у нас могут быть проблемы, но…

Стиви наконец-то смеется мне в грудь.

– Я надеюсь, они будут такие же, как он.

– Он знает?

Она качает головой, прижимаясь ко мне.

– Пока нет. Я собираюсь сказать ему сегодня. – Отстранясь, она вытирает лицо. – Сделай мне одолжение? Позволь, я сама скажу об этом Инди. Я… Я не знаю. Хочу, чтобы она услышала это от меня. Я счастлива, так счастлива, но я не хочу тыкать ей это в лицо. Это ведь все, чего она когда-либо хотела.

Волна сожаления размером с цунами накрывает меня, когда туман рассеивается и в памяти всплывает каждое ее слово.

Я не беременна.

Будет чудом, если это когда-нибудь случится.

Спасибо, что напомнил мне, что последнее, чего ты хочешь в жизни, – это то, чего я желаю больше всего.

Мы никогда не были на одной волне, верно?

– Стиви, – схватившись за голову, я поворачиваюсь и меряю шагами спальню, пытаясь поглубже вдохнуть, чтобы наполнить легкие. – Стиви, я облажался. Инди пришла домой такая взволнованная, она хотела мне что-то сказать, и я подумал, что этот тест – ее. Я плохо отреагировал. Она подумала, что я собираюсь спросить, сделала ли она это нарочно.

– Райан, нет.

– На меня нахлынули воспоминания обо всем, что было с Мариссой, и я испугался. Я взбесился. И ей было так больно. Она даже не заплакала, Ви. Она просто посмотрела на меня так, как будто я полностью предал ее. И она права. Я думаю, что действительно предал ее. Это все, чего она хочет, а я заставил ее почувствовать, что не хочу этого.