Идеальный план

– Почему тебе так нравится читать художественную литературу? – спрашивает он без намека на осуждение.

– Как еще можно прожить тысячу жизней в течение всего лишь одной? Прелесть художественной литературы в том, что она заставляет чувствовать на интуитивном уровне. Можно рыдать вместе с персонажами, смеяться вместе с ними. Книга учит смотреть на ситуацию с точки зрения другого человека, проявлять эмпатию. В научной литературе ты просто узнаешь о чем-то, вместо того чтобы это почувствовать.

– Ты и так чувствуешь больше, чем большинство людей, которых я знаю.

Я пожимаю плечами:

– Ну, это потому, что я не чувствую необходимости жить в чужой реальности. В последнее время я слишком наслаждаюсь собственной.

Сногсшибательная улыбка и ямочки на щеках возвращаются, Райан проводит ладонями по моим бедрам.

– Можно я почитаю что-нибудь из твоей книги?

– Ты этого хочешь?

Он взволнованно кивает.

– Хорошо, давай я найду что-нибудь, что тебе может понравиться…

Он не дает мне перелистать страницы.

– Дай мне прочитать страницу, на которой ты находишься.

Что ж… это будет интересно."

"Я отдаю книгу, настороженно наблюдая за тем, как Райан откидывается на спинку дивана и начинает читать мою книгу. Сине-зеленые глаза сразу же расширяются, потому что я остановилась на подробной сцене, где главной героине делают куннилингус на столе босса мафии сразу после того, как он хладнокровно убил человека.

– Черт, – выдыхает Райан, глубже зарываясь в диван, как будто собирается оставаться там достаточно долго, чтобы дочитать всю книгу. – Это сексуально.

– А я о чем!

Одной рукой держа мою книгу, другой он обхватывает меня за талию, притягивая к себе. Мои ноги раздвинуты вокруг его ног, и в результате я прижимаюсь к нему, чего, как я быстро понимаю, он и хотел.

– Это же практическое руководство о том, как доставить удовольствие женщине. Почему мужчины это не читают?

Падая вперед, я опираюсь одной рукой о спинку дивана, чтобы удержаться над ним. Глаза Райана остаются прикованными к страницам, пока я не прижимаюсь к нему бедрами и не привлекаю его внимание. Он поднимает взгляд, и изучающие глаза цвета океана темнеют.

– Возможно, это самая сексуальная вещь, которую я когда-либо видела, – признаюсь я.