Идеальный хищник

— Тебе не приходило в голову, что они просто считали твое согласие знаком, что у них есть шанс?

— Сомневаюсь. Я четко оговаривал, что в наших отношениях ничего, кроме суммы, не меняется.

— То есть, ты не веришь, что тебя могли по-настоящему полюбить?

— Нет.

— Но почему?!

— Вера…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Холодная сталь его глаз выскользнула из ножен. Вздрогнув, словно взгляд Филиппа пронзил меня физически, я выдохнула:

— Я?

— Мне кажется, у нас есть занятия поинтереснее.

Сердце почему-то ухнуло куда-то в живот, кровь резко прилила к коже.

Его намек был более чем прозрачен.

И возвращаться после него к теме любви было как-то неуместно.

Внизу живота потяжелело, и я сжала бедра, ощущая, как из меня вытекает горячая влага.

Филипп шумно втянул воздух, словно ощутив запах моего возбуждения, ноздри его затрепетали.

— Никогда не пробовала? — мягко шепнул он мне на ухо.

— Нет… — почему-то тоже шепотом призналась я, отводя взгляд от пронзительных серых глаз.

— Тебе будет хорошо. Страшно — но хорошо.

28. Завтрак

Что происходит?

Почти каждое утро я просыпаюсь в спальне, где вместо солнечного света — будильник, изображающий рассвет.

Забавно, что Филипп, который так любит все дикое, заменяет искусственной скалой натуральное дерево стен, а вместо настоящего рассвета просыпается под имитацию солнца от фирмы «Филиппс».

Но в других вещах он безжалостно последователен. Он не дает мне почистить зубы с утра, утверждая, что мое дыхание и запах моего тела его возбуждают намного сильнее ментола и мяты в зубной пасте и геле для душа.

Почти каждое утро я просыпаюсь рядом с мужчиной, который выглядит слишком безупречно — почти как «американский психопат» в исполнении Кристиана Бейла.

Но ведет себя как дикарь из глубины лесов.

Особенно когда дело доходит до секса.

Настолько откровенного, развратного, бескомпромиссного секса у меня не было никогда в жизни. Он не делает ничего специально, но я сама в этот момент забываю о приличиях, забываю задуматься, достаточно ли привлекательно выгляжу в какой-нибудь позе, не унизит ли мое достоинство его очередная безумная просьба…

Не унизит.