Идеальный хищник

 — Тебе нужна помощь?

Это волнение, готовность позаботиться, его сила, на которую я могу рассчитывать — меня затопила щемящая нежность, пронзительная до слез.

Я вцепилась двумя руками в телефон, все еще жмурясь и чувствуя, как вытекают горячие слезы облегчения.

— Ничего ужасного, — ответила честно. — Уже ничего. Просто я поняла, что люблю тебя.

Мужик, который как раз чиркал зажигалкой, пытаясь прикурить, издал странный сдавленный звук.

Но ничего не сказал.

Казалось, мир вокруг застыл в тишине, даже машины перестали ездить, чтобы дать мне услышать ответ.

Тишина эта длилась несколько долгих секунд. В том числе и в трубке.

А потом Филипп очень спокойным, аккуратным и странным тоном сказал:

— Вера…

— Что?.. — я прижала телефон к уху, боясь упустить даже вздох.

Так же спокойно Филипп сказал:

— Не надо.

— Что не надо? — не поняла я.

Снова тишина.

Долгая. Дольше, чем несколько секунд. Дольше, чем длилось мое облегчение.

И машины, не дождавшись ответа, снова зашуршали мимо, с раздраженным рыком огибая место аварии.

Я открыла глаза и встретилась взглядом с мужиком, который так и стоял с зажигалкой в одной руке и сигаретой в другой, глядя на меня очень-очень серьезно. Именно выражение его лица заставило меня наконец все осознать.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я все испортила? — спросила я у тишины в телефоне.

Тишина ответила голосом Филиппа:

— Да.

И все.

Не может же быть, что все?

Я посмотрела на телефон — оказывается, звонок оборвался.

Он же хотел добавить что-то еще?

Нажала на повторный вызов, но в этот раз гудок шел за гудком и никто не отвечал.

Еще попытка — и снова никто не берет трубку.

На третий раз я опустила руку раньше, чем оборвались гудки и растерянно посмотрела на мужика.

Он молча выудил пачку сигарет из кармана и протянул мне.

37. Слава

— Страховка есть? — спросил мужик, когда мы докурили.

Я молча пожала плечами.

Что-то я подписывала, но пока даже руки не дошли посмотреть, что там мне подарили и как оформили.

Тот отбросил окурок и деловито полез в мою машину, чтобы открыть бардачок. Я равнодушно наблюдала за его действиями. Покопавшись, он вытащил ворох бумаг, просмотрел их, хмуря тяжелый низкий лоб.

— Ага, все на месте, — удовлетворенно кивнул он. — Так. Что дальше… Вину свою признаешь?

— Ага…

А что тут делать? Сама дура…"

"— Ну и молодец. Сейчас все по европротоколу оформим, не будем ментов вызывать.

Я снова пожала плечами. Мне было все равно.