Идеальная пара

Он ласково обнял ее за плечи, прижал к себе, как тысячи раз до этого. Но на этот раз голова Линн запрокинулась назад, глаза закрылись, тело напряглось в ожидании поцелуя.

Его губы небрежно прикоснулись к ее щеке. Очень холодные и очень равнодушные.

— Доброй ночи, Линн. Приятных тебе снов. — Голос лучился дружелюбием. — Завтра увидимся.

Адам вышел из квартиры прежде, чем она сумела раскрыть глаза. Захлопнув дверь, Линн не запирала ее до тех пор, пока звук его шагов не затих.

Затем повесила кольцо цепочки на крюк, приложила ладонь к губам.

Они распухли и пылали, хоть Адам и не дотронулся до них. Она приложила ладони к щекам. Те тоже пылали. Два вечера назад она сумела убедить себя, что вовсе не хочет, чтобы Адам поцеловал ее. А теперь поняла, что занималась самообманом.

Минута шла за минутой, бесконечные и бессчетные, прежде чем она нашла в себе силы пошевелиться. Подойдя к дивану, разложила его. Почистила зубы, умылась, затем вернулась к постели и встала перед ней, глядя на подушки и не видя их.

Потом рухнула на диван и уставилась в потолок. Вероятно, только у нее на Манхэттене нет трещин на потолке. Пожалуй, она единственная на Манхэттене женщина, которая в субботу вообразила себя влюбленной в одного мужчину, а в следующий четверг — в другого. Тем более что этот второй ее давнишний друг.

Линн перекатилась на живот, размышляя над тем, умирал ли уже кто-нибудь от неутоленного физического желания. Нужно не забыть и посмотреть об этом в каком-нибудь альманахе или энциклопедии.

У нее зашевелились подозрения, что она станет первой в новой статистической графе. И если Адам не поцелует ее — по-настоящему — завтра вечером, ее тело скорее всего взорвется.

Она прислушалась к своему сердцу, которое стучало как молот, казалось, задевая ребра, и удивилась, сколько еще оно будет биться с такой силой, прежде чем произойдут необратимые последствия. И понадеялась, что оно выдержит еще двадцать четыре часа. Ей надо постараться дожить до той минуты, когда Адам займется с ней любовью.

Будильник зазвонил в шесть часов утра, но он не был ей нужен. И без того этой ночью Линн не сомкнула глаз.

8"

"Когда Линн приехала на работу, ее отношение к Дамиону уже обрело поразительную ясность. Правда заключалась в том, что она все эти месяцы пребывала в ослеплении его актерского таланта. Он замечательный актер, пожалуй, один из лучших на нынешнем телевидении, один из немногих, кто одинаково хорош как на экране, так и на сцене.