Идеальная мать

Он вел себя очень естественно и обаятельно, подсмеивался сам над собой, над тем, что совсем не умеет обращаться с техникой. Он собирался заказать индийскую еду, спросил, любит ли она кóрму с креветками. Они ели, сидя на полу и прислонившись к его письменному столу, а за дверью расхаживали охранники из дипломатической службы безопасности в темных костюмах. Рэйн дал ей попробовать свой рисовый пудинг и много чего рассказал. Он рассказывал, как был на Национальной аллее в Вашингтоне, когда Мартин Лютер произносил знаменитую речь «У меня есть мечта», рассказывал о своей встрече с премьер-министром Англии: они выпили за ужином две бутылки вина и потом заснули на спектакле «Образцовый самец» в маленьком частном театре на Даунинг, 10.

"Мисс Нос. Так ее прозвали, когда их роман стал достоянием общественности, когда какой-то школьник сфотографировал их с крыши своего дома и продал фотографии. На фото Нэлл с Лакланом сидели на пожарной лестнице ее дома. Кайла в тот вечер не было дома, поэтому когда Лаклан предложил подвезти ее домой на заднем сиденье седана без опознавательных знаков, она согласилась.

«Всегда интересно посмотреть, как в наше время живет молодежь, — сказал он, входя в ее небольшую квартиру в Дюпон Серкле, и ослабил галстук».

У нее до сих пор стояло перед глазами лицо Кайла, когда она вернулась домой в тот вечер, когда на первой полосе «Вашингтон-пост» появилась эта фотография. Кайл сидел за кухонным столом и пил бурбон.

«Уезжай».

«Пожалуйста, давай обо всем погово…»

Он поднял руку:

«Хватит, Элен, я не желаю ничего слышать знать, — он взглянул на нее с отвращением. — Здесь? В нашей спальне?»

«Нет, никогда. Это всего один раз случилось. Я не знаю, что сказать»…

«Не хочу ничего слышать. Между нами все кончено».

Она села напротив него:

«Но послушай, Кайл. Мы только что отправили приглашения на свадьбу».

«Мама уже обзванивает людей и сообщает, что свадьбы не будет», — Кайл допил бурбон, спокойно подошел к раковине и сполоснул стакан.

Через три дня ее уволили со стажировки. Она узнала это от репортера, который позвонил и попросил дать комментарий. Это был один из тех журналистов, которые называли ее разлучницей и говорили, что она разрушила семью. Ее называли шлюхой.