Хозяйка проклятой лавки. Драконам вход воспрещен!

Коняшка действительно оказалась смирной и даже не дёрнулась, пока я верещала и тихо ругалась под нос, пытаясь не упасть.

— За рожок держись. Специально под тебя седло подбирал. Сейчас стремена подгоню.

— Высоко, — расстроенно протянула я. — И снизу лошадь милее. Можно я рядом пойду?

— Ты казалась такой смелой, Василиса, — отметил он. — Успокойся. Немного проедем вместе, потом вернёшься в телегу. Если понравится, снова поедешь верхом."

"— Надеюсь, я сама решу, когда можно будет вернуться в телегу, — проворчала, недовольно следя за тем, как Шторм возится с ремнями.

Боже, он ведь только начал ухаживать. Боюсь, следующего этапа отношений я просто-напросто не переживу.

Что ж, фильмы бессовестно врут. Ехать на лошади вовсе не так легко. Особенно городской девушке, которая никогда не интересовалась верховой ездой. В пути быстро стало понятно, почему жокеи предпочитают высокие сапоги, и для чего Шторму кожаные штаны. Примерно через час скакания верхом, когда я более-менее подстроилась под ход лошади, начала болеть задница, и ныть кожа на внутренней стороне бёдер.

— Я тебе потом средство от мозолей дам, — пообещала она.

— И расскажешь, как сделать задницу снова полукруглой?

— Любой каприз за это веселье, миледи, — расхохоталась она.

— А у вашего лорда вообще девушки есть? Он в курсе, что мы нежные и капризные?

— Мы все вечно в пути, в походах. Нежных здесь не водится, — пожала она плечами. — За бабами Блэйк особо не таскается. Ему же там родовитую невесту готовят. О репутации заботится.

— Лучше бы он о своей голове заботился. Я же скоро её разобью.

— О, воин он отменный. Так просто не справиться.

— Наверное, поэтому он побаивается ядов, — фыркнула я.

— Как поездка? — Шторм выпрыгнул на своём коне откуда-то сзади и поравнял того в шаге с моей кобылкой.

— Я не чувствую…м-м-м… ног, — пожаловалась, зыркнув недовольно на хохотнувшую Банши.

— Сделаем привал. И я могу лично помассировать твои ноги.

А этот массажист умён, сначала устроил мне проблемы на нижние девяносто, а теперь сам же решил их размять.

— Достаточно того, что ты весь день ими любуешься. Я схожу в кустики и вернусь в телегу.