Явор

Кейси аккуратно заходит в спальню и на носочках крадется к кроватке. Она перекидывает золотистые локоны на одно плечо и склоняется над ребенком, целует его так нежно и ласково, что я невольно зависаю на этой картине. Передо мной сейчас другая Кейси. Без фальши. И у меня невольно закрадывается желание узнать, какая же она на самом деле. Блондинка берет спящего спиногрыза и, укутав его в одеяло, подходит ко мне.

— Надеюсь бабушка не пожалеет одеяльце для внука? — говорит она. А потом проходит мимо меня и аккуратно спускается по ступенькам.

— Думаю, тебе не стоит так шутить с этой бабушкой, — иронично замечаю я и неспешно следую за Кейси, пока она не замирает у двери.

— Как дела с расследованием? — уже теплее интересуется. Я никогда не пойму, что творится в голове этой женщины. И лезть в ее мысли опасно, боюсь, живым мне оттуда не выбраться. Кейси в любом случае останется победительницей. В какой-то степени было даже приятно встретить на своем пути равную. Только вот синеглазка быстрее разгадала мое слабое место.

— Все хорошо, — сухо отвечаю ей. — Пес Картера сдал купленных шлюх, а в его доме нашли наркоту из той же партии. Браслет сняли вчера.

— Это хорошо. — Встречаюсь с ее блестящими глазами, и внутри все ощутимо напрягается. — Я просто пыталась быть счастливой. — Она поправляет одеяло у детского личика, и сейчас у нее тот же взгляд, что и у Эстер. — Явор, — вновь простреливает меня ядовитыми сапфирами, — ты подарил мне маленький кусочек большого счастья. — Она делает робкий шаг ко мне.

Она неуверенно накрывает мои губы своими, отчего я непроизвольно сглатываю и слегка отодвигаю Кейси, положив руку ей на плечо.

— Нам лучше держать дистанцию.

Уголки ее губ дергаются, и она понимающе кивает.

— Она красивая.

В груди все стягивает тройным узлом, перекручивая мои внутренности.

— Ты о чем?

— Та девушка... я еще тогда поняла, что ты влюблен, Явор. — Ядовитая усмешка болезненно срывается с моих губ, и меня вновь затягивает в пучину разъедающей злости.

— Закрой рот! — рявкаю на нее, но, вспомнив о спящем ребенке, зажмуриваюсь и пытаюсь вернуть себе контроль. — Уходи, Кейси, — едва сдерживаясь, цежу сквозь зубы и сглатываю тяжелый ком.

Я отхожу к окну, и лишь глухой звук захлопнувшейся двери свидетельствует о том, что она ушла.