Ярослава и Грач

— Он это все время твердит, что старше, что не может предать доверие отца, что я молодая и ничего не понимаю, что лучше мне найти кого-нибудь своего возраста…

— Все время? — переспросила Настя.

Яра отвернулась, сжала виски ладонями.

— Допустим, мы с ним уже об этом говорили, — тихо произнесла она. — Допустим, несколько раз…

Насте вдруг очень захотелось получить передышку. Остановить время и пойти заварить себе один из своих успокоительных сборов. Просто побыть в тишине и собраться с мыслями. Увы, дети редко давали такую возможность, когда в ней наступала необходимость.

— И давно вы?.. — начала было она, но осеклась, потому что уже знала ответ на свой вопрос. Видела его два года назад, когда Яра вдруг словно с цепи сорвалась, забываясь на тренировках с Григорием и переходя в настоящее нападение.

— Я ему не нужна, — тихим убитым голосом произнесла Яра, так и не повернувшись. — Я все придумала. И поцеловал он меня просто… ну не знаю, ситуация такая была, да и правда, наверное, выпил, хотя я не почувствовала ни запаха, ни привкуса алкоголя, но может, мне просто было не до того… Я знаю, надо все это просто отпустить, но не могу.

Она сгорбилась, и Настя снова притянула ее к себе за спину, снова уложила голову на колени, погладила по волосам. У Яры были серые глаза Финиста. А вот черные шелковые волосы она унаследовала от нее и жутко злилась, когда в четырнадцать лет выяснила, что чтобы перекраситься в любой цвет, их нужно полностью обесцвечивать. Финист категорично сказал «нет», и Настя не смогла его переубедить.

— Прямо так тебе и говорит? — спросила Настя. — Что не нужна?

Яра помотала головой.

— Так — нет. Но ведь если была бы нужна, то он наплевал бы на все, правда? И на возраст, и на то, что с отцом работает, и…

— Яра, а как он на тебя смотрит, когда все это говорит? — спросила Настя, с ужасом ожидая ответа.

Яра вдруг перестала рыдать, закусила губу.

— Никак, — наконец ответила она. — Он в такие моменты отворачивается. Он вообще почему-то на меня старается не смотреть.

Настя горько улыбнулась. Сейчас ей нужно было принять очень сложное решение. Она могла развернуть все так, чтобы Яра окончательно удостоверилась, что неинтересна Григорию. А могла сказать правду. В конце концов, за ним она последние два года тоже наблюдала и немало.