Ярослава и Грач

— Спасибо за интересное выступление, — между тем продолжил он. — Вас было приятно слушать. Я видел ваши работы на одной из прошлогодних выставок. Они заслуживают уважения.

Яра сдержанно кивнула. Ей как-то не верилось, что он подошел просто похвалить ее. И чутье не обмануло.

— Ваши идеи относительно светодизайна также очень интересны. Вы не боитесь обходить правила. В нашем бюро ценят нетривиальный подход. Мы хотели бы предложить вам работу.

И он замолчал. Яра собралась с мыслями.

— Участие в каком-то проекте?

— Нет, Ярослава Федоровна.

И он назвал сумму. Яра считала, что неплохо зарабатывает, но эта сумма была почти в три раза больше той, что стояла обычно в ее расчетной ведомости. И это не считая того, насколько престижным было бы иметь в резюме строчку о работе в подобном месте. Дальше только международный рынок. А какие возможности…

— Как вы понимаете, ответ нам нужен в ближайшее время, — продолжил Сергей Викторович.

Разумеется… Этот поезд ждать точно не станет. Но от того, чтобы подлететь до потолка и заорать «да!», Яру остановило лишь одно.

— Мне чрезвычайно лестно получить от вас такое предложение, — уважительно кивнула она. — Но у меня есть семья, и я не могу принять его, не обсудив все с мужем. Надеюсь, вы меня понимаете.

— Все понимаю, — кивнул собеседник. — Но и вы нас поймите. Надеюсь, времени до пятницы, чтобы все обдумать, вам хватит.

— Конечно.

— В таком случае, мы ждем вашего решения.

И он попрощался и ушел. Яра осталась стоять, ошеломленная, сжимая в пальцах черный прямоугольник визитки.

Это был третий и последний день конференции, и утром она должна была вылететь домой. На календаре была суббота.

По телефону она Грише ничего не сказала.

— А мы тебя встретим в аэропорту, — радостно вещал муж ей в трубку. — Я на обед твои любимые фаршированные кабачки приготовил, а Майя тебе рисунок нарисовала, только я не уверен точно, что это, но постараюсь аккуратно выяснить и отправить тебе в сообщении, чтобы ты смогла восторгаться правильно.

Яра слушала свою шестилетнюю дочь, послушно соглашалась, а перед глазами стояли серебряные буквы.

Весь путь в самолете она решала, как лучше сообщить эту новость Грише. Сразу по прилету решила ничего не говорить. И дома, пока не уложат Майю — тоже. Им нужно будет это обсудить, без помех.