Янтарь

Успокоительного не найдется? — усмехнулся Лютый, который нес на одной руке вытирающую слезы счастья Злату, а второй поддерживал отца, что по прежнему с трудом мог двигать ногами, практически повиснув на Карате и своем сыне.

— Уже даже не помню, где я был и почему пришел в дом позже всех наших охотников, но никогда не забуду. как стояла гробовая тишина и отчетливый аромат свежей Беровской крови! А еще ощущение полного шока и витающего уважения.

— А он мне уже нравится. Совсем неплохо для рода Бурых.

В том, как он дышал, двигался и смотрел, не было больше ничего человеческого, даже если его дух оставался в теле человека, а не зверя.

— Когда я впервые взял его на руки, он уже тогда был такой молчаливый, — отец сложил свои большие ладони. словно и сейчас держал на руках своего малыша. глядя на него. — Так серьезно смотрел на меня и хмурил бровки. словно что-то решал для себя.

— Это ты все сам? — думаю, удивился даже наш ледышка Лютый, рассматривая богатое застолье, устроенное силами одного только Грома, что чуть пожал своими огромными широченными плечами, сухо пробасив:

Ноги не держали меня больше от переполняющий эмоций, и я едва могла дышать, оседая на пол и содрогаясь от подступающих рыданий, когда тетушка Зои кинулась вперед к Мие с чемоданчиком и аптечкой.

Лишь сейчас я вспомнила о том Берсерке, который приходил в наш большой общий дом по просьбе Карата, чтобы поведать о ситуации в деревнях, где он был главным, а еще начальником полиции, подумав с облегчением о том, что всё сложилось просто идеально — и ситуация с Громом, и даже роды Мии!

— Да я столько родов видел, что тебе и в страшном сне не приснится!

— Главное, чтобы потом никто своей челюстью не подавился, если они разбудят Мию или малыша, — отозвалась спокойно Звезда, на что я снова хихикнула, но в этот раз уже нервно, надеясь, что до такого дело не дойдет, ибо воочию смогла лицезреть силищу этого синеглазого красавчика.

— Бояться надо не злого Севера, а не выспавшуюся маму Зои, — зевнула Тайга, сладко потянувшись на своем месте и закидывая обе руки за голову, снова закрывая глаза, — Она уже проснулась, так что засыпайте. Еще очень рано.