Янтарь (СИ)

— Молодец, дочка! Давай!

Звезда подошла к кровати, глядя только в пол и смущаясь так сильно, что почему-то вслед за ней начала чувствовать себя в спальне неловко даже я, вдруг подумав о том, что все мы здесь явно лишние, когда крошке Мие надо прийти в себя после всего случившегося и просто побыть в объятьях любимого мужа без лишний глаз и ушей.

Я не сразу поняла, почему Звезда растерялась, посмотрев на собственную руку, видя, как Карат вдруг улыбнулся, протягивая к ней свою ладонь и глядя через пелену ресниц так проникновенно и чувственно, что кажется в комнате стало на несколько градусов горячее.

Не зря девушка застыла и не сразу решилась положить свою белую хрупкую руку на ладонь мужчины, не поднимая глаз и стараясь дышать ровно, потому что было просто невозможно не поддастся этой темной обволакивающей чувственности мужчины, в котором было столько тайн, загадок и эротизма, что он казался истинным Дьяволом во плоти.

Лишь когда он склонился над пальчиками Звезды, поместив себе в рот указательный, я поняла, что у девушки не было клыков, чтобы прокусить себе кожу, не раздирая ее клочками, и дать кровь Мие.

"Я и подумать не могла, что кусать можно так эротично и чертовски сексуально, кожей ощущая, как искры огня пробежались по нервным окончаниями Звезды, которая вырвала руку, поспешив скорее к кровати и Мие под сладкий приглушенный смех Карата, и недовольное бурчание отца, который в очередной раз обещал скормить кое-какие части неугомонного тела своего хитрожопого друга.

— Там — скомандовала тетушка Зои, натягивая на себя стерильные перчатки и склоняясь над чемоданчиком с лекарствами и медикаментами, — А теперь все марш из комнаты! Мы еще не закончили с Мией, и девочке нужно отдохнуть и поспать!

Остаться может только Север!

Никто даже не пикнул, когда все, включая отца, принялись тихонько покидать комнату, по очереди склоняясь над кроватью, чтобы поцеловать бледную, но счастливую мамочку и похлопать по плечу новоявленного папочку, когда вися на плече своего горячего что-то басящего Янтаря я почувствовала настолько устала и как хочу спать!

На первом этаже суетился здоровяк Гром, который успел развести камин и даже как-то приделать на скорую руку выломанную тяжелую дверь.

— Батя слегка перенервничал. Успокоительного не найдется? — усмехнулся Лютый, который нес на одной руке вытирающую слезы счастья Злату, а второй поддерживал отца, что по прежнему с трудом мог двигать ногами, практически повиснув на Карате и своем сыне.