Ядовитое жало

– Вот видишь. То ты не знаешь, это не ведаешь. Я не смогу помочь тебе.

– Подождите! Как-то, еще в Грузии, перед самым выездом, я слышал часть разговора Дабирова, его инструктора или советника Гуадзе и еще одного человека, англичанина или американца.

– Почему ты решил, что третьим был англичанин или американец? Разговор велся на английском языке?

– На русском, но тот, третий, говорил с акцентом, который я слышал у американцев, когда они приезжали в лагерь.

– Зачем приезжали?

– Их приезд не касался дел группировки Дабирова.

– Ладно. Так что ты слышал?

– Дабиров говорил, что особенно весело будет в каком-то то ли Тамлаке, то ли Амлаке. А третий, скорей всего, американец, сказал, мол, ты идешь в Россию не веселиться. Потом они упомянули какое-то ущелье, где оборудована запасная база. Название не запомнил, но оканчивается оно на «ран». А после я отошел от их палатки, так как появился мой сменщик.

– Ты был в карауле?

– Да, тогда я еще служил в охране. Нас в тот же день заменили на турок. Почему это было сделано, не знаю. Но думаю, не без участия того же американца.

– Вы от лагеря к границе шли пешком или ехали на машинах?

– Минут двадцать на машинах по серпантину, но что-либо увидеть оказалось невозможно. Кузова были плотно закрыты тентами. Затем, когда вышли на небольшое плато, спешились. Машины ушли обратно. Весь отряд двинулся дальше пешком.

Королев посмотрел на поляка.

– Ждали технику?

– Очень может быть.

– Сколько вы шли до зеленки, где был устроен фальшивый лагерь?

– Часов пять.

– Как преодолели Большой перевал?

– Мы его не преодолевали, там был проход, по нему перешли.

– Трое? Или кто-то сопровождал вас?

– Трое. Со мной были Али и Оман. Я даже их фамилий не знаю.

– Вместе охраняли тело Дабира, и не знаешь?

– Нет. Мы обращались друг к другу только по именам.

Королев поднялся, достал карту, развернул ее на столе.

– Подойди!

Поляк подчинился.

– Читать карту, надеюсь, тебя научили?

– Да.

– Узнаешь местность?

– Вот роща, где мы несли службу, перевал.

– Большой перевал.