Яблоневый сад для мисс Лизы

 – Нет гарантии, что враг не захочет сжечь и оставшиеся дома, окончательно нас дезориентировав. А скоро зима.

– Сад не горит, он защищён магией, я вам говорила, а вот дома… Да, их уничтожить могут. Да и мы с вами не бессмертные.

– Есть кто-то, кто бы смог пойти к нам под руку? Кто согласится в качестве платы за труды жить у нас на полном обеспечении едой, одеждой и местом для сна? Естественно, до поры до времени, пока не решим финансовые сложности. Думаю, отдать наш сруб будущей страже.

– В таком случае вам следует переехать к нам, тем более что одна комната пустует, – договорила за меня Ляна.

– Ты хочешь сказать, чтобы пользоваться пистолями, необходимо какое-то дозволение?

– Да, королевская грамота. Если поймают и выяснят, что ты стрелял из огнестрела, не имея нужного документа, то отрубят ведущую руку.

– Ужас какой, – мне поплохело. – А?.."

"– У нас такой документ имеется, – угадала мои мысли Ляна. – Не переживайте. Магам такую бумагу дают без проволочек, дедушка Ваня мне и Алексу попозже справил, так как он с бабушкой Аней уже были в возрасте, и мы за ними присматривали, потому особо не возражали и разрешили.

От сердца отлегло.

На подступах к городу раскинулись шикарные поля с почти убранной пшеницей, а сам Эви был похож на городок века так восемнадцатого, если сравнивать его с земными ""собратьями"".

Дома, выстроенные в ряд, сияли красочными фасадами – здесь можно было встретить и пастельные розовые, и приглушённо-желтые, и насыщенно-синие стены, украшенные деревянными ставнями. Это всё было бы необыкновенно красиво, если бы при ближайшем рассмотрении в глаза не бросались трещины разной длины и глубины, плотной сеткой ""изукрасившие"" фасады.

Но кое-что понравилось безоговорочно – это зелень и её было много: огромные клёны и липы, что раскинули свои кроны вдоль главной улицы, создавали прохладные тени и наполняли воздух свежим ароматом листвы. Колокольный звон из местной церкви, пёстрые клумбы с одуряюще пахнущими цветами, деловито жужжащими пчёлами и бесшумными бабочками, добавляли всей картине нотку романтики и безмятежности.