Я выбираю...

— У тебя здорово получается, — похвалил Игорь, довольно разглядывая меня.

— Соскучилась по дороге, — пожав плечами, пояснила я.

— Хочешь, за город смотаемся? По трассе погоняешь, я знаю, хороший участок.

Немного засомневалась. Время было позднее, да и погода так себе. Представила, как опять буду лежать на кровати под недовольное фырканье Дашки, и приуныла. К тому же мой спутник так легко не сдавался.

— Лиза, давай гонки на время устроим? Круг ты, круг я. Посоревнуемся немного? — в голосе Игоря слышались игривые нотки, и, наверное, именно это меня и напрягло.

— Лучше домой, завтра коллоквиум первой парой, а я не в зуб ногой, — сочиняла на ходу.

— Уверена?

— Да.

Игорь театрально вздохнул.

— Тогда давай на Короленко, а оттуда перестроимся.

— А куда там? Я не знаю, не проще на следующем светофоре повернуть? — до меня только сейчас стало доходить, что мы оказались в противоположном районе от моего дома.

— Я покажу, так быстрее будет. Сейчас налево, а потом прямо.

Мне бы напрячься, задуматься, включить мозги. Но экскурс в прошлое напрочь усыпил мою бдительность. Да и дождь усиливался, пришлось включить дворники и тщательней следить за дорогой. Впрочем, на душе уже зарождалась первая тревога, но я списывала её на возвращаюся тоску. Мысленно себя подкалывала, что мол, отдохнули и хватит, пора к своей реальности без Ары и Макса возвращаться. Поэтому и не сразу почувствовала чужую руку, лёгшую на моё колено.

Вздрогнула. Перевела взгляд с дороги на Толмачёва, тот невинно улыбался.

— Руки убери, — попросила я с надеждой на то, что он поймёт.

Он понял, но менять ничего не стал, и рука поползла выше. Попыталась скинуть его ладонь, но он лишь сильнее сжал моё бедро, стало больно.

— Игорь! Ру-ку убери! — со сталью в голосе потребовала я. Хотя внутри уже начал зарождаться страх.

— Тсссссссссс, — успокаивающе протянул он. — Ты лучше за дорогой следи, а то ещё врежемся.

Попытался дотронуться второй рукой моей щеки, но я успела мотнуть головой.

Мне бы остановиться, или хотя бы врезать ему, я же умела. Но быстрое развитие событий ввергло меня в какое-то оцепенение. Я понимала, что мне не нравиться, что мне страшно, что надо срочно что-то делать, потому что взгляд Толмачёва с каждым моментом становился всё более грязным и властным. При этом мне приходилось ещё и за дорогой следить.