Я выбираю...

Вот, начни Толмачёв с чего-нибудь другого, я бы попыталась поскорее избавиться от него и слиться домой. Но Игорь поступил по-умному, начав разговаривать со мной про парней, преимущественно про Макса. И я поддалась своей печали, грусти и одиночеству. Напротив меня стоял живой человек, который вслух озвучивал то, что примерно происходило со мной. Может быть, его слова были всего лишь десятой долей моих переживаний, но они были. И говорил он не о вечеринках, не о том, какие они клёвые и заводные, как делали все остальные, а о каких-то человеческих качествах.

У меня в тот момент даже сомнения никакие не шелохнулись о том, что я ни разу не видела Игоря рядом с Максом, а сам Артур говорил про него исключительно как про «Игорёшу».

— Давай, в кафе зайдём? А то ты замёрзла совсем, вон дрожишь вся, — предложил Толмачёв. А потом, не давая мне опомниться, предложил. — Я тебе как раз расскажу, какими они были на первом курсе.

Как последняя дурочка я последовала за ним до ближайшего кафе, где и проговорили несколько часов.

Сначала он баловал меня многочисленными историями из жизни ребят того периода, когда мы ещё не были знакомы. Потом как-то неожиданно переключились на меня. Я сама начала что-то рассказывать о своей учёбе, вспоминала забавные моменты из будней универа. Видимо я настолько одичала за эти три месяца, что сама не понимала, насколько нуждалась в обычном человеческом общение.

"

"Когда на улице совсем стемнело, Толмачёв предложил:

— Тебя подвезти?

Засомневалась.

Вопрос вдруг вернул меня к реальности, в которой я была нелюдимой букой.

— Хочешь, сама поведёшь? — видя мои сомнения, предложил он.

Ещё подумала тогда, что какого чёрта я сомневаюсь. По вождению я соскучилась. Это было частью нашей Золотой поры с Артуром и Максимом. С отъездом ребят я больше не смотрела в сторону машин. Ужасно захотелось хоть на один вечер вылезти из своего кокона, почувствовать драйв или отголоски того авантюризма, что когда-то были в моей жизни. Игорь каким-то непонятным образом сумел всколыхнуть во мне всё это.

Вроде как и говорил со мной на больную для меня тему, но мне отчего-то становилось легче. И я кивнула.

Долго катались по городу. Моросил мелкий дождик, но я уверенно наматывала круги по основным магистралям. Машина у Толмачёва была хорошая, новенький Nissan верно подчинялся каждому моему решению. Глупо улыбалась, охваченная чувством лёгкости и свободы, почти позабыв, что в салоне я не одна.