Я все умею лучше! Бытовые будни королевского гарнизона

Состояние пациентов не изменилось, как и врача, все дрыхли. А маршалу не спалось. Я стукнула в нужную дверь и тут же вошла. Уже собиралась сказать что-то вроде «И чего вам не спится?», как лишилась дара речи, стоило мне увидеть начальство.

Маршал сидел на кровати, завернутый в три одеяла, и дрожал так, что тряслось все — кровать, тумбочка, стоящая вплотную к кровати, а вместе с ними пол и стулья. Его зубы выбивали чечетку, он смотрел огромными чернющими от шока глазами, грозил мне пальцем и пытался что-то сказать.

— Это было «ты мне за это ответишь» или «ты за меня выйдешь»? Если второе, то в жизни не слышала более дурацкого предложения, — фыркнула я.

— Это ты виновата! — голос у него совсем сел, так, не голос, а сипение. И видно, что горло опухло, а говорить больно.

— Я виновата в том, что гарнизонный доктор спит сном младенца, протерев нервы рюмочкой спирта? Не вы ли говорили, что он на что-то способен? И вроде как у него оценки лучше, чем у меня. И как, помогают оценки? — я смерила страдальца недобрым взглядом.

— Что лечить?.. Проклятье?..

— Простуду! Обычная простуда у вас! — О, за что мне все эти муки. — Давайте так, я делаю так, что вам станет лучше, уже завтра как огурчик будете, а вы меня потом неделю не трогаете ни словесно, ни физически. Вообще забываете обо мне. По рукам?

— Три дня-кха-кха! — сверлил меня недобрым взглядом маршал.

— Отлично, договорились, — быстро согласилась я и руки даже потерла от предвкушения. Главное — выражением лица себя не выдать раньше времени, чтобы пациент не сбежал.

Глава одиннадцатая

— Ты издеваешься, да? Что-то не видел я никогда такого метода лечения, — маршал смотрел на меня и на то, что в моих руках, с таким видом, как будто я его в кипящую лаву окунуть собралась.

— Ни в коем разе! — возмутилась я. — Это инновационная технология! Только-только ввели в программу королевского колледжа.