Я все еще царь. Книга XXXI

Ну и Федор. Который просто был молодцом."

"Ах да, еще с нами был Данила, который вот вообще не боец. Но сейчас его навыки нам никак не пригодятся. А значит, надо отходить. Но как?

Конечно, я преуменьшаю, он сильный боец, но только в ближнем бою.

Итак, что мы имеем. На улице нас ждала самая настоящая армия с танками и пулеметами и чего там только не было. Плюс, Гоголь, который выглядел немного странно… При этом Лора фиксировала показатели энергии, которые от него исходили, и они были аномально высокими.

— Что Петр с ним сделал? — выдохнула Лора.

— Надеюсь, Ольга не будет против, если он случайно будет похоронен вместе с этими вояками, — выдохнул я.

Остальные готовились к бою.

— Н-да… че ж делать, че ж делать… — ходил из стороны в сторону Толстой.

— А может, попробуем ключик? — довольно произнес Федор, покрутив в руках ржавый предмет.

— А поможет? — ответил Лев Николаевич.

Собственно, даже с учетом того, что все присутствующие были довольно сильными магами, была большая вероятность того, что кто-то мог погибнуть.

При этом Болванчик транслировал, что происходит снаружи.

— Секунда прошла! — раздался крик Гоголя. — Разнести это здание в щепки! А вам… господа, счастья-здоровья!

— Все в подвал! — открыв дверь, скомандовал я.

Заодно я наложил небольшой купол, чтобы нас случайно не придавило. И вовремя.

В дом полетели снаряды, заклинания и черт знает что еще. Стены содрогнулись, но на удивление устояли.

— Чего? — выпучила глаза Лора. — Из чего сделана эта избушка⁈

Почти все прыгнули вниз, остались только мы с Есениным.

— Антох, вниз, быстро!

— Я сам решу! — выпалил он и пошел к двери.

— Что⁈ — не понял я.

— Сам решу-у-у-у!

— Да это понятно! Просто нас тут сейчас раздавит!

И как бы не был крепок дом, крыша начала рушиться. Но стены продолжали держаться.

И это было просто невероятно! Прямое попадание с танка!

— Я же говорю, — он начал спускаться по ступенькам. — Сам. Решу.

— Да пожалуйста, только быстрее!

Я прыгнул последним и убрал купол.

Онегин создал небольшой источник света, и мы прошли к толстой металлической двери.

— Ну… Надеюсь, там не очередной погреб с соленьями… — выдохнул Толстой, вставляя ключ в замочную скважину. — Ух, тяжело идет…

Даже если для него это было тяжело, то другие бы не смогли открыть.

Наконец, дверь с тяжелым скрипом пошла в сторону.