Я вернулся за тобой (СИ)

Именно с этим позитивными мыслями я выхожу в сентябрьский день из универа после дополнительных курсов по компьютерной графике. Теперь я знаю, как рисовать в фотошопе плакаты. Обязательно найду фото Мирона и пририсую ему рожки.

— Саша! — Окрик Алекса пугает. Во-первых, он уже второй раз заявляется в универ без предупреждения, а во–вторых, вид у него, словно после тяжелой битвы с драконом. Обычно весь идеальный, сегодня он выглядит растрепанным. — Давай в машину.

Он докуривает сигарету, кивая на свой новый БМВ.

Поджигателя так и не нашли. Все видеозаписи с камер наблюдения именно за этот час волшебным образом пропали. А я думаю только о том, когда Алекс начал курить. Он вообще регулярно нелестно отзывается о тех, у кого находятся хоть какие то зависимости. Считает их безвольными и слабыми, и тут сигарет. Да еще и скуренная за пару мгновений. Первая ли?

— Ты глухая? В машину, говорю, садись!

Я болванчиком киваю и прыгаю на переднее, сложив руки на коленях, разглядывая новый френч. Иногда я хожу в школу маникюра.

Им там нужны девушки для экспериментов. Это бесплатно, а значит, меньше траты денег Алекса.

— Телефон свой дай, — требует он, как только садится за руль. Я даже немного стопарю, не понимая, что это за заявления.

— Телефон? — реально туплю.

— Ты сегодня головой ударилась? Обычно ты более смышленая, — тянет он руку, и я осторожно вкладываю гаджет, купленный им же. Не то чтобы мне есть что скрывать. Просто в Алекса словно черт вселился, и я не знаю, как себя вести.

"

"Он быстро пролистывает ленту фотографий, сообщения, инсту и, явно ничего толкового не найдя, буквально бросает телефон мне на колени. Тут же заводит машину и газует. Моментально набирает скорость и чуть не въезжает в фонарный столб.

— Алекс, да что с тобой?

— Это я тебя хочу спросить! Ты знала, что он вернулся?

— Он?

— Мирон, Саша, Мирон! Или ты уже забыла того, кто трахнул тебя и выкинул как презерватив?

Мне как будто под дых дали. С ноги. Причем обутой в тяжелый военный сапог.

Как они там называются? Стало гадко. Мерзко. Воспоминания узлом скрутили внутренности. Слезы потели ручьем. Он обещал не напомнить. Он клялся и божился, что забыл этот случай. Есть только мы, говорил он. Только будущее имеет значение.

И чтобы больше он не нарушал свое слово, не топил меня, вру чисто и искренне:

— Я не знала о его возвращении. Собственно, где нам встретиться? Ты сам сказал, он бросил меня, а значит, ему нет до меня никакого дела.