Я – твой должник

– Привет, Пряничный Человечище! – говорю я, протягивая Джейку чашку чая.

– Пряничный Парень, – по привычке поправляет Джейк, и я закатываю глаза.

«Пряничный Парень» – совершенно не по-рождественски, но раз такое втемяшилось Джейку в голову, то бог с ним.

– Лейла просила передать, – добавляет он. – Мы все приглашены на Сочельник. В шесть часов, бутылку с собой.

Год назад Джейку бы в голову не пришло закатывать вечеринку, для которой надо приносить с собой выпивку. Организовал бы все с размахом, заказал бы шампанское и канапе.

А по-моему, все отлично. Папаша Лейлы – как раз то, что Джейку сейчас нужно.

– Отлично, – говорю я. – Передай Лейле, что я приду.

– Она сказала, что если хочешь прийти с кем-нибудь…

Он умолкает и вопросительно смотрит на меня.

– Нет.

Я не рассказывала Джейку о Себе: мы еще не настолько сблизились. Но судя по выражению его лица, Лейла ввела его в курс дела.

Тогда он узнает, что я была с Себом… а потом перестала. Узнает, как пусто стало у меня на душе. Но чего он никогда не узнает, так это сколько раз я прокручивала в памяти те последние дни, разбирала их по крупицам, но так и не поняла, почему все рухнуло.

Что произошло? Почему мы с Себом были так счастливы и вдруг в следующую минуту стали орать, а потом и вовсе отказались смотреть друг на друга? Все произошло в мгновение ока.

Нет! – яростно командую я себе. Нечего и думать об этом. Себ сам сказал, что ничего поправить нельзя.

Я вытаскиваю у Джейка из корзинки пряник и грызу его, а сама пытаюсь взять себя в руки. Это нелегко. Думать о Себе настолько больно, что мне даже трудно дышать.

Потому и стараюсь о нем не вспоминать. Но что поделаешь.

Он снова с Бриони. Казалось бы, какое мне дело? Но меня это потрясло.

И мое сердце замкнулось.

Я была осечкой.

А по-моему, нет. Хуже, чем осечка. Но так было написано черным по белому. И теперь ничего не изменить, даже если мы с Себом снова случайно столкнемся в этом большом городе. Конец. Теперь я никогда не разберусь, почему мы расстались.