Я тебя ждала (СИ)

Мужчина не подарит драгоценности своей матери чужой женщине, пусть она и его жена.- Безэмоциональным тоном проговорил деверь.

- И все? А то все так рассматривали их на мне. – Приятно, конечно, что я не чужая для Дэнила настолько, чтоб подарить мне украшения матери. Но я ждала какую-нибудь историю, связанную именно с магическим миром. Что-то вроде местных странностей с именами.

- А ты их надевала? – Ухмыльнулся он. – Семейные драгоценности, те что с узорами из инициалов мужа или заглавной буквы имени рода или же с изображением герба рода супруга, надетые на женщину означают, что она входит в семью мужа или признает его равенство, если она более родовита.

- Как у нас с Дэнилом? – Спросила я. Гигор кивнул и продолжил:"

"- При этом каждое украшение несет свой смысл. Диадема или корона означает полное подчинение мужу. Смысл других драгоценностей не важен, если женщина надела на голову родовое украшение мужа. Но в этом гарнитуре таких изделий не было, - оговорил он. – Серьги означают, что мыслями жена с мужем и всегда прислушивается к его желаниям и словам.

Колье близко к сердцу, поэтому является символом безграничной любви и страсти жены. Браслет и кольцо – преданность мужу. Украшение на запястье - полное подчинение интересам мужа, а на пальце – обещание не вредить ему магией. Но украшения – это всего лишь символы, они не накладывают каких-то реальных обязательств. Магическая клятва надежнее…

- А Дэнилу было приятно… - Вспомнила я удивление и радость мужа, когда я сообщила, что собираюсь надеть подаренные им украшения, с какой охотой он хотел быстрее отсоединить кольцо от цепочек в слейве, лишь бы я и его надела.

- Безва, ты действительно любишь моего брата? – Неожиданно спросил Гигор, плавно поднявшись с пола.

- Конечно. Что за вопрос? – В своих чувствах я была абсолютно уверена.

- Я спрашиваю: ты любишь именно его, желаешь счастья именно ему? Или любишь свою гармоничную жизнь рядом с ним? Смогла бы ты принести себя в жертву ради его блага? Не просто надеть его семейные украшения.

Я говорю о серьезной жертве. Умереть ради любимого, или, наоборот, жить в ужасных условиях, терпеть унижения, голод, нелюбимого мужчину рядом, только чтоб выжил Дэнил?

Я не успела ответить, Дэнил вернулся и стремительно вошел в комнату, а Гигор направился к выходу, но обернулся, чтоб сказать мне:

- Безва, подумай над моими словами. – С этими словами он вышел. А меня от плохого предчувствия окатило волной холодного воздуха.