Я тебя ждала (СИ)

А мы с Дэнилом стояли в стороне и молчали. Он знал и понимал больше, чем я. То, что я видела как простое пренебрежение нашей семьей, он воспринимал, как настоящую угрозу нашей безопасности. Мне хотелось как-то успокоить его, но как это сделать при таком скоплении людей? Здесь же ни обнять, ни приласкать мужа нельзя!

К нам подошел незнакомый нам распорядитель замка в дворцовой ливрее и сказал, что через несколько минут подойдет наша очередь. Мы с мужем направились к высоким дверям. У двери нас предупредили, что пойти должен один человек от рода: или я, или Дэнил.

- А мы и идем по одному от каждого рода, - возразила я. – Я герцогиня Котоварская, а он представляет еще и род графов Хинар.

- Это нарушение норм этикета, - возразил распорядитель.

В этот момент двери распахнулись, и прозвучало громогласное:

- Лорд Дэнил Хинар, граф Хинарский, герцог Котоварский.

И муж, подмигнув мне, шагнул на красный ковер в бальном зале, сейчас являющийся для меня олицетворением всего зла этого мира. Я не собиралась отпускать мужа одного ни на Южные острова, к вульгарным туземкам, ни на бал, под перекрестный огонь взглядов местных злопыхателей, ни даже на войну.

Я ловко проскочила мимо распорядителя, который стоял возле еще не закрытой двери, и, быстро приблизившись к мужу, пошла рядом с ним. Слева. Обхватив его руку своими, и слегка прижавшись к его теплому боку. А он замедлил шаг, и, улыбнувшись мне, продолжил свое движение вперед к трону пресветлого лорда Лионеля Камаара.

Глава 60.

Глава 60.

Гигор ненавидел столицу. Ненавидел дворец. Даже крепкая, нерушимая дружба с Ласом Камааром переросла в ненависть. Когда-то, в далекие времена, когда оба они учились на выпускном шестом курсе Академии Магии и были лучшими друзьями, несмотря на различия в магическом даре, материальном положении, знатности, увлечении и даже вкусах, Гигор готов был отдать за Ласа жизнь.

Но война изменила все в жизни юного Хинара. Его пригибало к земле от горя при каждом известии о гибели старших братьев. Дэнил тоже воевал, от него Гигор получал лишь редкие магические вестники всегда с похожими фразами: «Я жив. Учись», «Я жив.