Я тебя ждала (СИ)

Но длилось это светопредставление совсем не долго, драконы, завершив свое дело,  улетели в небо, а на каменном полу, где только что лежали пятьдесят четыре тела, остались только уносимые ветром кучи пепла.

- Я тоже хотел бы лежать там, - сказал кто-то за моей спиной.

- Нам с тобой так просто не могло повезти, - бодро заявил другой голос рядом.

- Отправиться к Богу с драконьим пламенем – о таком можно только мечтать, - заявил Нидар.

И толпа кругом загомонила, я стала замечать улыбки на лицах, прежнее уныние сменилось странным, непонятным мне воодушевлением.

К Дэнилу подошел Пелех и сказал:

- Погребальный костер, разожженный драконами – честь для моих ребят. Мне будет не так стыдно приносить страшную весть их семьям. – И тихо, приблизившись к моему мужу, добавил. – Я скоро вернусь, и назову цену за жизни моих подчиненных. А сейчас нам пора в путь.

И попрощавшись с нами, он ушел,  сопровождаемый  своими  разведчиками, выжившими во вчерашнем бою.

Глава 40.

Глава 40.

Пятьдесят четыре жертвы в таком масштабном военном столкновении, когда люди гибли и в небе, и на земле, - не такая уж ужасающая цифра.

Могло быть и больше погибших. Я пыталась успокоить себя такими мыслями. Вспоминала, что теракты, падения самолетов, стихийные бедствия в моем мире уносили жизней не меньше. И сразу начинала злиться на себя и эти свои глупые мысли. Мне хотелось крикнуть, что это магический мир! Здесь существуют артефакты! Как в таких условиях могут умирать молодые, полные сил люди?

Еще болезненнее стало для меня  осознания мировой несправедливости, когда, ближе к вечеру, я, наконец, дошла до лекарских палат.

Раненые лежали вповалку на подстилках  на полу и по два человека на узких койках.

- Большинство пациентов уже можно было отпустить к семьям, там уход будет не хуже, а нежности и ласки – намного больше, - объяснял громко осунувшийся бдящий Корн, пока мы обходили пострадавших. – Здесь лежат только с самыми серьезными ранениями.

Я благодарила воинов, желала им скорого выздоровления, в шутку грозила пальцем лекарям, чтоб они не обижали наших героев.

На людях же бдящий Корн, рассказывал мне о пострадавших, как о героях, расписывал их терпение и выносливость. Благодарил меня за щедрость, что выделила награду защитникам, и обеспечила лекарей всем необходимым для ухода за ранеными.

Но стоило нам остаться одним  во дворе, как бдящий отчитал меня как дворовую кошку:

- Вы должны были прийти утром, сразу, как отгорели погребальные костры.