Я тебя прощаю. Чужая любовь

 – Надеюсь, отец тебя не сильно замучил? – Запрокидываю голову и упираюсь подбородком в мужскую грудь, чтобы взглянуть любимому в глаза.

Боже!

Мое сердце начинает грохотать. Перед взором плывут светлые мушки.

Это не Эрил! Как я могла ошибиться? Как?!

Да десять минут назад я заверяла Веру, что узнаю своего мужчину. Что внешность – это не главное…

Над моей ошибкой Вера будет хохотать до колик в животе.

Почему же мне не смешно?!

– Пр… прости, – я выговариваю не с первого раза.

В карих глазах мужчины вспыхивают сверхъестественные желтоватые икры, углубляя резкие черты лица.

– Может, ты отпустишь меня? – От злости в его голосе мое тело сотрясает крупная дрожь.

Я должна была догадаться, когда не получила ответных объятий, что передо мной Адам. Должна!

Нет!

Я должна была догадаться об этом намного раньше!

– Извини. – Я чувствую, что шея и щеки полыхают. – Здесь темно. – Отшатываюсь. – И у меня плохое зрение, – не знаю как еще оправдать свою ошибку. – Извини, – шепчу сдавленно.

Грудная клетка мужчины вздымается, я слышу его дыхание.

– Тебя ждет мой брат, Валер-р-рия, – человеческий голос смешивается со звериным рычанием.

Я набираюсь храбрости и произношу:

– Надеюсь, это недоразумение останется между нами, – то ли спрашиваю, то ли утверждаю.

– Не сомневайся, – получаю короткий, хлесткий ответ.

Почему Адам не уходит? Почему стоит и продолжает испепелять меня практически звериным взглядом. Он стряхивает оборот, дергает головой, отфыркиваясь и перетаптываясь на месте.

Господи, как же он зол!

Что он обо мне сейчас думает?.. Простая девочка урвала лакомый кусочек в виде состоятельного Эрила? Пусть лучше так, чем Адама посещают мысли, что мне нет никакой разницы, кого из братьев обнимать.

Я опускаю голову, не могу смотреть оборотню в глаза.

– Я хо… – Преодолеваю оцепенение, обрываю себя и спешу уйти, но оборачиваюсь и смело и громко спрашиваю: – Почему я тебе не нравлюсь, Адам?

Мужчина так и не сдвинулся с места, смотрел мне вслед.

– Скажи, почему? Мне не нужны деньги твоего брата, если ты думаешь об этом. Я просто его люблю. Он…

– Иди, Валерия! – звериный рык заставляет меня замолчать. – Просто… уйди, – говорит тише.

– Как скажешь.

Я промаргиваюсь, игнорируя дорожку, сокращаю путь. Тонкие каблуки моих туфель проваливаются в мягкую землю, и теперь точно на тонкой белой коже останутся зеленые следы от травы, но мне все равно.