Я тебя прощаю. Чужая любовь

Наши тела переплетались и путались в простынях, сплетаясь еще сильней, словно все вокруг желало, чтобы мы были вместе.

По моим щекам вновь текли слезы, но то были слезы удовольствия и неги."

"Я была готова заключить сделку с самим дьяволом, лишь бы эта ночь продолжалась и продолжалась, а солнце не смело подниматься на горизонте и вновь разлучать нас с любимым.

Лежать рядом, гладить по влажней коже груди, считать гулкие удары его сердца – настоящее счастье.

Но мужчина скинул с себя простыню.

– Спи, Валерия, – прошептал он на ухо, порывисто целуя в висок.

Глава 11

Адам

***

– Спи, Валерия.

Я позволил себе последний поцелуй и поднялся с постели. Рывками надевал одежду, чудом не порвав штанины и не надорвав тонкую ткань рубашки. Продевал пуговицы в петельки, поправлял ворот и чувствовал на своих руках мягкий и манящий запах её кожи.

«Слабак!» – я ругал себя.

Ничтожество!

И как ты теперь себя чувствуешь, когда предал её?..

А я ненавидел себя. Мне одновременно хотелось рычать от отчаяния, умолять Валерию о прощении и разнести к черту этот уютный семейный уголок.

Я закрыл глаза и, медленно вдохнув, открыл их.

Лера спала. Она улыбнулась во сне и что-то пробормотала. Волчий слух не разобрал слов, но интонация и мягкость в голосе говорили сами за себя. Девушка точно вспоминала не обо мне.

Как мне жить с осознанием, что я предал её, воспользовался ситуацией?! Не остановился…  да, пытался, но… Но, если я бы действительно хотел остановить Леру… А так лишь предпринял невнятные попытки, прекрасно зная, что она не понимает кого целует, не понимает кому шепчет признания в любви… но я-то… я!

Я желал обмануться и быть обманутым.

Эгоист!

Разве я когда-нибудь услышу от Валерии слова любви? Разве она будет смотреть на меня с нежностью и лаской? Нет и нет!

Я бесшумно сбежал по лестнице, закрыл дверь и утробно зарычав, прижался к ней спиной.

– Твою ж мать, – выдохнул я зло.

Я оторвался от двери и скрылся в темноте. Ноги сами вели в лес, в тишину, в прохладу.