Я тебя отниму

Всё равно сморщилась от боли, но желание ощутить эти толчки в себе были гораздо сильнее, и я тянула и прижимая мужские ягодицы к себе, мечтая о том, чтобы он увеличил темп. Он чувствовал все мои желания нутром, и постепенно стал двигаться более жарко и быстро. Я растворилась в эмоциях, в этом ощущении, когда он заполняет собой меня полностью, очень глубоко и мощно.

Секс повторялся по кругу, в разных позах почти до рассвета. Мы не могли, не хотели остановиться. Мы просто испытывали животное желание и стремились его удовлетворить телами друг друга.

Не думали ни о чем, даже почти не говорили, только секс, секс и секс…

Измотанные, уже под утро, на скорую руку приняли душ и улеглись в постель. Прижалась к нему котёнком и тут же уснула, довольная и счастливая в руках своего любимого котяры…"

"Глава 66"

"Мы провели вместе несколько дней. Этого казалось бесконечно мало, но выбирать не приходится. Расставаться всегда тяжело, но уже через трое суток я была у себя дома. Едва сообщила Алле, что вернулась, как она тут же нарисовалась на пороге.

Снова пригласила её на кухню поболтать за чаем, появилась некая с ней традиция – разговоры в кухне за чашкой чая.

– Ну как он? – расспрашивала она с любопытством.

– Нормально, – ответила я. – Похудел немного, постригли его под ноль. А так – всё тот же Вадим. С ребятами, говорит, отношения сложились неплохие, никто его не прессует.

– Если и прессуют, нам он не скажет, – пробурчала себе под нос мама Вадика.

– Я тоже так думаю, – встретилась взглядом с синими глазами.

Кажется, мы все же понимаем друг друга гораздо больше, чем может показаться. – Но Вадим сумеет постоять за себя.

– Это уж точно, – отпила Алла ещё чая. – Боец он у нас. За это и сидит.

Я опустила глаза. Не люблю об этом говорить. Прекрасно помню, как его мать обвиняла во всём меня, и я не могу сказать, что она не права…

– Извини, это не тебе в огород камень, – сказала она, считав абсолютно верно мою реакцию.

– Я же понимаю, что вы думаете по этому поводу, – подняла глаза на неё.

– И вы правы. Я виновата во многом. Только ничего уже сделать всё равно нельзя. Я не могу обернуть время вспять.

– Алин, – женщина внезапно довольно мягко взяла меня за руку. – Не кори себя. Знаешь, я… много думала над вашей историей. И ещё…

Она замялась на время, будто размышляя, стоит ли мне говорить или нет.

– Вадим рассказал мне всё, – решилась она всё же договорить начатое. – Про твою маму, семью, про брак с Виталиком.

Вот как. Сидела и смотрела в свою чашку.