Я тебя не хочу

Что ж, по крайней мере в этом Сашка со мной честен. Не знаю, сколько времени он пробудет моим, но я хотя бы могу быть уверенной, что Лебедев был только моим, и ничьим больше.

Делить своего мужа со всякими там «Ларисами» совершенно не хотелось.

Чуть позже я ушла в свою комнату, чтобы позвонить Ксюшке. Мы с ней ещё не разговаривали с момента моего возвращения из Праги, и я решила, что пора нарушить молчание.

Голос у подруги был сонный.

— Я тебя разбудила? — спросила я с беспокойством, покосившись на часы. Десять вечера вроде, детское время, мы с ней часто так разговариваем.

— Так, немножко, — зевнула Ксюша, и мне сразу захотелось тоже зевнуть. — Просто голова чуть побаливает, вот и решила лечь пораньше. Но я ещё не успела толком глаза закрыть. Как ты, Стась?

— Хорошо, — ответила я, улыбнувшись. И правда же хорошо. Потом, конечно, будет плохо, но это ведь потом."

"— Не обижает тебя Лебедев? — грозно вопросила Ксюшка, и я засмеялась.

— Нет. Не обижает.

— Это прекрасно. Тогда пусть живёт.

— А как там Виталик? — лукаво протянула я, и подруга чуть слышно застонала.

— Достал, — сказала коротко. — Самый упорный из всех.

— Может, тогда стоит наградить его? — поинтересовалась я осторожно, прекрасно зная, насколько ревностно Ксюша относится к своему личному пространству в том смысле, что касается именно парней.

— Я не могу.

Я подняла брови.

— Как это?

Подруга немного поколебалась и ответила очень тихо, будто боялась кого-то спугнуть:

— Я встретила одного человека, Стась.

— Ух ты! — я охнула. Для Ксюшки это было что-то поразительное. — Значит, мой букетик сработал!

— Пока нет, — она засмеялась. — И честно, вряд ли сработает. Всё слишком… просто слишком. Я потом как-нибудь расскажу, сейчас не готова. Поведай мне лучше, как вы в Прагу съездили. Для меня этот город теперь навеки ассоциируется с пьяным Лебедевым и твоими жалобами, какой он тяжёлый, когда мы его в отель тащили.

Да… было дело.

— А ещё я помню, как проснулась от твоего дикого писка следующим утром.

— Угу, — буркнула я. — Вам с Лебедевым смешно было. А мне-то нет!

— Так всегда. Кому-то смешно, кому-то грустно. Равновесие.

— Ты ещё скажи — круговорот смеха в природе.

Ксюшка фыркнула.

— Можно и так, Стась. Неважно, как называть, суть-то не меняется.

Мы болтали ещё минут двадцать, а потом распрощались, пожелав друг другу доброй ночи и удачного рабочего дня завтра.