Я с тобой развожусь

На нас уже обратили внимание вездесущие папарацци. Несколько вспышек камер - лишь преддверие того, что нас ждет дальше. Если, конечно, Аманда не угомонится. А что-то подсказывает мне, что этого не будет.

- Я хочу именно ее.

Она делает то, чего никак не ожидаем. Ни я, ни Рита. Встает на носочки, пытается снять картину. Я реагирую на это совершенно машинально - бросаюсь к Аманде и пытаюсь оттащить ее за руку. Максимально осторожно, ведь она тоже носит малыша, как и моя жена.

И вдруг случается что-то… неподвластное моему пониманию.

- Яяяяян! - визжит Аманда, глядя на меня с таким ужасом, будто я только что расчленил младенца. - Яяяяяян!

Ее взгляд мечется туда и обратно. С меня - на папарацци, потом - на Риту. Наконец, она обхватывает руками «живот» и убегает.

Это просто пи**ец. Иначе не назовешь. Все это время Аманда приматывала к себе огромного вида бутафорию? Но зачем? Впрочем, меня это совсем не касается…

Обернувшись к Рите, я вижу, насколько она ошарашена.

- Рит…

- Мне нужно подышать.

Жена (все никак не заставлю себя назвать ее бывшей) направляется к балкону. Я следую за ней, хотя и кажется, что сейчас просто обязан сделать все, чтобы оставить Риту в одиночестве.

- Рит… мне очень жаль, что так вышло.

Оказавшись на балконе, встаю за спиной бывшей жены.

Она хватается за перила с такой силой, словно только они и могут дать ей опору и поддержку.

- Жаль, что вышло… что? - спрашивает с нескрываемой насмешкой. - Что ты опять заставил меня считать себя ничем? Приложением к Яну Григорьеву?

Рита оборачивается, ее глаза полны праведного гнева. И, скорее всего, я бы понял ее, если бы не одно «но». В моих намерениях не было ни капли из того, о чем сейчас говорит Рита. Я лишь желал сделать приятное своей жене, больше ничего.

- Ты сейчас неправа, - отвечаю тихо, но твердо. - Ты никогда не была приложением кого бы то ни было. Ты - особенная.

- Но только никак не получается это понять! - всплескивает руками Рита, после чего обхватывает свои плечи, и я не сдерживаюсь. Кладу ладони поверх, провожу вниз и вверх.

Жена дрожит, и эта дрожь передается мне.