Я с тобой развожусь

Но разве я не этого хотела? Разве не желала себе доказать, что чего-то стою без имени и денег мужа? Теперь у меня были для этого все возможности. Вот только сил - не было.

Что это? Привычка жить для кого-то другого? Или реальная неспособность быть самостоятельной единицей? А может, невозможность примириться с тем, что Ян ушел из моей жизни, хоть и по моей же собственной просьбе?

Так много вопросов… и совсем нет на них ответов. Только безвольное плаванье по течению…

- Я купила твой любимый чай, - бодро говорит Элеонора.

Рассеянно киваю в ответ:

- Здорово.

Это короткое слово - похоже, все, на что я сейчас способна.

Но Элеонора не сдается. Расправившись с продуктами, которыми забила холодильник под завязку, она решительно берется за френч-пресс, чтобы заварить мне чай.

Когда тонкий гречишный аромат наполняет кухню, начинает казаться, что все тело заливает тепло. До этого момента я и не подозревала, что у меня внутри настолько… холодно.

- Зима нынче рано пришла, - замечает Элеонора, глядя в окно.

- И так неожиданно, - говорю с горечью, прикрывая ее кривой улыбкой.

- Ты же помнишь, что должна в первую очередь думать о ребенке? - требовательно спрашивает Элеонора, разливая по чашкам чай.

- Да.

- Так соберись! Твое состояние явно не пойдет ему на пользу.

Знаю, что она права. Знаю, но… что мне с собой поделать? Притворяться счастливой - вовсе не значит ею быть.

- Слушай… - произносит бабушка со вздохом. - Не уверена, что стоит об этом говорить, но ты все же имеешь право знать.

- О чем?..

Сердце подскакивает к горлу. Почему вдруг кажется, что случилось что-то страшное?

- Ян попал в аварию.

Чашка с чаем механически высказывает из рук и падает на пол. Брызги кипятка разлетаются в разные стороны, вместе с громким стоном разбитого стекла. Но в ушах оглушительно стучит только одна фраза: «Ян попал в аварию».

- Что с ним? - выдыхаю с трудом, едва шевеля помертвевшими губами.

- Спокойно! Он жив. Кажется, отделался сломанной рукой.

Руки и ноги так трясутся, что я кое-как нахожу рядом стул и буквально падаю на него. Элеонора продолжает успокаивающе говорить:

- Все с ним нормально будет. Он уже дома. Об этом случае даже пресса не узнала, мне случайно рассказали общие знакомые…

- А если ему нужна помощь?"

"Я вскидываю на Элеонору встревоженный взгляд, будто она может дать ответы на все мои вопросы.

- Думаю, он в состоянии нанять себе сиделку, - произносит бабушка.