Я сделаю нам больно

- Да? - прикладывает аппарат к уху и делает глоток остывшего чая. - У нас осталось половина фильма.

- Уже ночь за окном. Прощайтесь, и спускайся вниз. Под подъездом тебя ждёт Павел.

- Зачем напрягать людей? Я могу на такси доехать! - девушка неестественно вытянулась, поглядывая на подругу, что тут же нажала на паузу.

- Никто никого не напрягал. Павлу Андреевичу всё равно было по пути. Всё, хватит огрызаться. Жду вас дома.

Попрощавшись с подругой, Мила не спешила, и медленно спускалась по ступенькам вниз.

Оказалось, интуиция подвела. Впервые Милана была этому рада. Усевшись на переднее кресло, никогда кроме Павла Андреевича она не заметила.

Облегченно выдохнула.

- У подруги была? - зачем-то поинтересовался мужчина. Прокрутил руль, выезжая из узкого проезда.

- Ага, - отворачивается к окну, - смотрели фильм.

Руки в кожаных перчатках до скрипа сминали руль. Если бы не играющая музыка, Милана бы могла услышать, как нервничает мужчина.

"Павел искоса взглянул на девушку... девчонка совсем.

Что делать? Как вести себя? До сих пор не хотел в это верить.

До конца не мог поверить в то, что он воспитал настоящего ублюдка. Как Илья мог тронуть девушку, когда она сказала «нет!»?

Украдкой поглядывал на блондинку. Зачем? Хотел увидеть видимые увечья? Так они умело спрятаны под одеждой.

Что сказать Оксане?

Павел решил поставить вопрос на паузу. Он вернётся из командировки и решит, что делать.

Беда не приходит одна, обязательно все неприятности накрывают снежной лавиной. Одновременно проблемы произошли и на работе и в семье. Просто кто-то решил испытать их нервные клетки на прочность.

…

- Вы что-то хотели добавить, Милана? – Галина Павловна стянула с носа очки в изящной оправе, и выгнула тонкие брови.

- Нет, - Мила неловко заёрзала на своём месте, – можно мне выйти? – низ живота сводило спазмом, и блондинка слегка поморщилась.

- Вам нехорошо?

- Всё нормально… - объясняться перед всей группой ей совсем не хотелось.

- Пара скоро закончится. Так что, постарайтесь не задерживаться?

Девушка коротко кивнула и, сжав в кулаке маленькую косметичку, заранее вытянутую из рюкзака, выскочила из аудитории. Этот период для неё никогда не был болезненным. Но ни в этот раз.