Я — полукровка. Академия Млечного пути

Вроде как ласково, но с издёвкой, — я методично сверяла оригинал фолианта с его голографической копией, но краем глаза заметила, как альбинос отложил свою книгу и теперь с интересом слушал меня. — И со стороны можно подумать, что брат меня терпеть не может, но на самом деле мы очень близки. Мне не хватает его сейчас.

— И, похоже, ты его очень любишь, — проговорил альбинос, прокручивая в руках стилус от голостола. — А я вот своего убить готов.

Я в изумлении замерла. Слышать такое от всегда добродушного Гидеона было не просто странным, немыслимым! Да, отец у альбиноса тот ещё подонок, но чтобы желать смерти собственному брату? Это даже для Найта было чересчур.

— Чистокровный? — я бросила взгляд на Найта.

— Да, любимец отца, — коротко ответил Гидеон. — Так какая же у тебя настоящая фамилия? Или меня тоже звать тебя ""овечкой""?

— Лаэрти, моя фамилия — Лаэрти, — со смехом ответила я.

Хруст сломанного стилуса заставил меня оглянуться на альбиноса.

— Ты закончила с этим фолиантом? — я машинально кивнула. — Хорошо, второй я ещё вчера скопировал. Всё, теперь сиди и наслаждайся зрелищем.

Не дав мне возможности и слова вставить, Гидеон подхватил оба тома, выудил какую-то не то пробирку, не то бутылочку из своей сумки, и направился в сторону Нины и Цисси.

— Девушки, у нас что-то со сканером, можете мне помочь? — вот сейчас я узнала типичного Найта. В его голосе вновь появились эти бархатные нотки, которые действовали на окружающих девушек подобно гипнозу.

— Да, конечно, мы с радостью, — наперебой затрещали саттерн, вскакивая и начиная перекладывать свои свитки в сторону.

— Отлично, вот, держите, а я пока ваши талмуды уберу, — от галантности Гидеона у меня аж зубы свело.  — И чего вас так работой завалили? Они же неподъёмные!

Найт подхватил охапку со стола саттерн и отошёл к соседним, в то время как Цисси с Ниной запустили свой голоскан. Гидеон же, положив свою ношу, направился ко мне и со словами: ""Девушки, я сейчас вернусь"", склонился над сумкой.

— Что ты делаешь? — шёпотом спросила я альбиноса.