Я – первый

Я невольно глянул в зеркальце заднего обзора. Мне хотелось посмотреть, какое выражение будет на лице коллективного палача нескольких десятков людей, которые не только не обидели самого Колю и его родственников, а даже и не подозревали о его существовании.

К моему удивлению, лицо боевика было удовлетворенным и спокойным, словно он завершил какой-то важный участок работы. Так смотрит человек на дело рук своих, осознавая, что он потрудился на славу и получил именно тот результат, который и хотел. Чеченец глубоко вздохнул, откинулся на спинку и качнул несколько раз головой, словно это зрелище собравшихся людей привнесло в его душу умиротворение.

"«Какой-то митинг наверняка. Сейчас модно стало всякие сборища проводить. Как грамотно рассчитали, гады! К митингу серьезной партии не подберешься, там хоть какая-никакая охрана есть. Могут и заметить, подойти и проверить, а тут кто проверять будет? Даже участкового не видно. Идеальный вариант для подрыва. Напишут – в Москве в результате теракта погибло… Сколько здесь? С полсотни точно будет человек.

Я посмотрел на Артура. Он с мрачным видом качнул головой.

– Вы здесь посидите, ребята, только из машины не выходите, сейчас к вам местная братва подойдет. Сережа, отдашь им ключи. Документы в бардачке, а я пока в сторонке постою, не хочу я с ними встречаться, мало ли что, еще претензии какие-нибудь предъявят.

– Мне отлить надо, – хмуро сказал Артур и открыл дверцу.

– Да и мне тоже. Сколько ехали сюда.

Коля равнодушно и устало кивнул. Он сидел на сиденье, полностью расслабившись, ссутулившись и засунув руки в карманы, словно в нем внезапно лопнула стальная тугая пружина, которая давала ему энергию к действиям в последние часы.

Он все сделал так, как надо. В том, что мы ничего не подозреваем и вернемся через пару минут, чеченец не сомневался.

Артур и я одновременно вышли из машины.

– Да давай прямо здесь, все равно на нас не смотрят. Вот здесь, за кустами.

Артур прошел несколько метров, остановился за пышным разросшимся кустом, повернулся спиной к курившим мужикам (те понимающе ухмыльнулись и продолжали болтать о своем) и принялся неторопливо расстегивать «молнию» на джинсах. Я встал рядом. В этот момент я был готов помочиться прямо на глазах всего изумленного ордена кармелиток. Напряжение давало о себе знать.