Я осталась злодейкой в романе, и уже не важно в каком

Сама извернулась и стащила с себя платье и корсет, надела сорочку, и уже почти залезла под одеяло, как услышала тихий шорох, похожий на перелистывание страницы. Сердце замерло. Здесь точно никого не должно быть.

Я резко обернулась и увидела в углу, где оставила книгу, фигуру в чёрном. Да что же это за день такой?

Глава 8

Держа в поле зрения тень в углу, я вытащила из-под подушки кинжал, который положила туда ещё вчера. Медленно села и присмотрелась.

На полу, между креслом и тумбой, сидела Эшли и читала мою книгу.

"Только вот, было не очень заметно, что она скрывается. Эшли была поглощена книгой и, похоже, совсем не замечала меня.

– Эшли? – позвала я.

Она резко подскочила и встала в боевую стойку, держа как оружие мою книгу. Потом поняла, кто перед ней, и расслабилась.

– Добрый вечер, госпожа, – она поздоровалась, будто ни в чём не бывало.

– Ты откуда тут? – я так и стояла у кровати с кинжалом в руке.

Не так уж и надёжны местные крепостные стены…

– Прибежала, – ответила она и опустила глаза. – Без ваших книжек было скучно.

– А мне было скучно без тебя.

Я подошла к ней и радостно обняла. Она замерла и напряглась. Потом тихо пробормотала:

– Госпожа. Кинжал.

Я отпустила её и отошла, чтобы вернуть оружие на место. То есть под подушку.

– А остальные? Они тоже приехали? – с надеждой спросила я.

– Нет, я сама, – мотнула головой Энн.

– А… Ролан?

Было неприятно себе признаваться, но я всё же надеялась, что он рядом.

– Я одна, госпожа. И пока лучше никому не знать, что я тут.

С одной стороны, меня накрыло сильное разочарование: Ролан не захотел приехать. С другой – чем он дальше, тем спокойнее.

– Никто не должен знать? – с сомнением сказала я.

– Герцог не поймёт, – она странно потупила взгляд, будто сделала что-то, что противоречило приказу “отца”.

Она замялась, будто не зная, какую причину её присутствия придумать. Я решила ей немного помочь:

– Да, ты говорила, книги, – улыбнулась я.

Она кивнула.

– Госпожа, вы разделись сами? – Энн удивлённо посмотрела на валяющиеся на полу платье и корсет.

– Чувствую, книжное голодание дало о себе знать, – улыбнулась я. – Ты же была в комнате.

– Простите, госпожа, – отозвалась она и подняла моё платье.

– Ничего, Энн.