Я ненавижу тебя! 3 и 4 книги

– Ну вот, хоть голос появился, может скоро, и характер начнешь проявлять, если он у тебя вообще есть? – сверкнул идеально белыми зубами Герман, и, не выпуская свою драгоценную ношу из рук, вернулся к вешалке.

Лина задохнулась от злости, и попыталась вывернуться из рук наглого мужчины, но он держал настолько крепко, что все ее попытки оказались не только бессмысленными, но еще и вызывали веселый смех у ребятишек, и даже взрослых, которые наблюдали сейчас за ними. И ей пришлось сдаться, так как быть посмешищем совершенно не хотелось.

Лина все же рассчитывала, что он ее сам отпустит, и она заберет свою куртку, но у мужчины были совсем другие планы.

– Забирай скорее куртку, а то мы уже опаздываем, – невозмутимо произнес он, продолжая держать ее на руках.

– Отпусти, я сама пойду, – жалобно прошипела она, практически уткнувшись ему в грудь, так чтобы ее никто не услышал.

– Нет, я как джентльмен, просто обязан, донести даму до ее места, чтобы дама со всеми удобствами смогла погрузиться в интересный сюжет, – с весельем в голосе и озорной улыбкой произнес Герман, – и чем дольше дама будет сопротивляться, тем дольше джентльмен будет обязан таскать ее на руках, – с ехидным намеком добавил он.

Лина зло сверкнула на Германа глазами, но поняв, что это совершенно на него не действует, с раздражением сдернула куртку с вешалки, чуть не порвав ее и повалив саму железную вешалку пол.

Но Герман умудрился поймать ее ногой и со словами: «Ого, дама бушует!» вернул ее на место.

Лина заскрежетала зубами от бессилия.

Но Герман даже внимания на это не обратил, и как ни в чем, ни бывало, пошел ко входу в просмотровых зал.

Лина злилась до тех пор, пока мельком не увидела своего отражения во входных зеркальных дверях. И тут она поняла, как комично они оба выглядят, а особенно она. Взъерошенная с оттопыренной губой и сведенными аккуратно выщипанными бровями. Одной рукой она вцепилась мертвой хваткой в плечо Германа, а второй – прижимала к груди свою куртку.

«Какое-то абсурдное у меня свидание», – подумала она, и из ее рта вырвался нервный смешок."

"Ее впервые на руках несли в кино, а она упиралась, раньше бы она вперед побежала, так как очень любила подобные уютные места, а сейчас, была в полном замешательстве…

Возле кассы на входе, столпился народ, и все таращились на них обоих так, будто в жизни никогда не видели, чтобы мужчины носили женщин на руках.