Я ненавижу тебя! 3 и 4 книги

Но в то же время и вечерний. С макияжем и ярко-рыжими волосами, струящимися крупными локонами по плечам, она выглядела великолепно.

На ценник Маша даже смотреть не стала, так как по зажегшимся долларовым значкам в глазах охающих и ахающих команды стилистов, поняла, что выбрала явно не дешевое платье. Она вообще заметила одну странность. Чем строже и проще в покрое платье, тем оно почему-то дороже. Черные чулки и туфли с прямоугольным клатчем, завершали ансамбль.

Собрали Машу ровно к семи вечера. И сразу же за ней пришли телохранители и попросили спускаться к машине.

Это был длинный черный лимузин с тонированными окнами. Такого раньше Маша у Влада не видела. Все больше джипы разных марок. А тут лимузин. Почему-то, эта машина навевала на нее не очень хорошие предчувствия. И прежде чем сесть в нее, у Маши тоскливо сжалось сердце, будто она навсегда покидала дом Лисовского. Маша даже оглянулась, окидывая здание взглядом, и поежилась от прохладного ветра.

Прижав к груди клатч, она пошла к машине. К сожалению, надеть плащ или пиджак стилист ей не позволил, объяснив это тем, что там, где она будет выходить, не принято идти в верхней одежде.

В машине сидел Влад.

Маша не ожидала, что он будет здесь и слегка опешила, когда заметила его молчаливую фигуру. Он сидел в тени, и было непонятно, заметил ли он ее или нет.

– Привет, – несмело сказала она, тихим голосом, удобнее устраиваясь на сидении.

– Привет, ты прекрасно выглядишь.

– Спасибо, – Маша опустила глаза, и добавила: – стилисты постарались.

– Они всего лишь подчеркнули твою красоту, – ответил Влад. – Не стоит спорить со мной, ты очень красива и сексуальна. Когда я увидел тебя на той бензозаправке, то мечтал прямо там у всех на глазах поставить на колени, и трахнуть в твой сексуальный ротик, крепко держа за волосы.

"Маша поперхнулась воздухом, от таких откровений. Влад был в своем репертуаре.

– Даже и не знаю, как мне реагировать, толи оскорбиться, толи возгордиться, – не смогла сдержать она сарказма.

Влад хмыкнул.

– Это чистая правда, я не любитель петь дифирамбы, и говорить, как поэт. Я всегда говорю то, что чувствую. К тебе же я почувствовал тогда, животную похоть.