Я (не) продаюсь (СИ)

- Две недели, Анна,- тягучий взгляд обволакивает фигуру и застывает на шее, словно удавку накидывает.

- Четырнадцать дней на берегу океана, и мы расстанемся с вами. А на зарплатной карточке в новую жизнь вы унесёте двадцать окладов. Как вам такая отработка при увольнении?

Я сглатываю собравшуюся слюну и часто моргаю, стараясь не отводить глаз. Тело лихорадит от напряжения. Двадцать окладов? Двадцать? Да ведь это больше миллиона, будь оно неладно. Хватит и кредит идиота-мужа закрыть, и на какой-никакой ремонт в погоревшей квартире.

Но он ведь недопустимое предлагает. За гранью. Я не продаюсь!

-Ну или можете просто забыть об этом разговоре, отработать две недели, перебирая свои бумажки, и как-то по-другому решить навалившиеся проблемы. Я не собираюсь вас принуждать.

Улыбка становится и вовсе плотоядной, масляный взгляд словно блузку на груди рвёт, обволакивает бёдра. Он уверен, что соглашусь. Уверен. Ни секунды не сомневается.

-Анна?- Керефов вопросительно вскидывает бровь, потому что я до сих пор молчу.

-Анна, я жду,- он перестаёт улыбаться. Взгляд вновь становится тяжелым. Боится, что откажусь?

-Хорошо, - выдыхаю.

Бам. Простреливающая боль и темнота. Я не свернула. Я не настолько гордая. Пусть это аморально, непозволительно и меня осудят. Но я уже не знаю, что хуже: провести две недели с мужчиной без любви и решить свои проблемы, или два года с мужчиной по любви и нажить их. Наверно, моя внутренняя борьба читается на лице, так пристально смотрит на меня Тигран Рустамович. Или теперь просто Тигран? От собственной смелости, пусть и лишь в мыслях, даже ладони потеют.

-Хорошо, тогда на сегодня вы свободны, Анна,- деловым тоном произносит Керефов. Вот и для него я ""вы"". Ненужная вежливая дистанция. Призрачная безопасность.

-Можете идти. Залим чуть позже свяжется с вами. Объяснит порядок действий.

И мужчина холодно кивает мне на дверь, а затем и вовсе устремляет взгляд в монитор перед собой.

Я мнусь пару секунд, медля.