Я (не) продаюсь (СИ)

Задумчивый взгляд переползает на моё лицо, после чего Керефов вынимает один наушник.

-Рано ещё, Нюш, спи.

-Рано это сколько?

-Шесть.

Я привстаю, опираясь на локти.

- А ты что не спишь? Ты же на работу не собирался сегодня.

-Да так...- он неопределённо передёргивает плечами.

""Да так""- передразниваю мысленно, снова отворачиваясь и поудобней комкая подушку, прежде чем улечься. Вот хоть бы раз нормально ответил. Неужели так сложно, не понимаю. Такой загадочный, сил нет. Поток беззвучных возмущений прерывается ощутимым тычком вбок.

-На, послушай,- перед глазами появляется одно «ухо» хендс фри.

Недоуменно моргнув, вставляю наушник.

-Нравится такое? - нетерпеливо интересуется Тигран, и голос его почему-то кажется раздраженным.

-Подожди,- шикаю на него."

"Сажусь рядом на кровати как Керефов, оперев спину на высокое изголовье. Быстро подтягиваю простынь, сползшую с голой груди, перехватив мужской взгляд на открывшиеся стратегические места, и прислушиваюсь к музыке.

-Так это же Ker или как его там, - узнаю знакомый мотив и, не выдержав, прыскаю со смеху.

- Да, ладно, ты слушаешь молодежный рэп? Серьёзно? Тачки и сучки? Ааа!!

-Хорош ржать,- бубнит Керефов и отбирает у меня наушник,- Ты то откуда такая осведомленная?

-У меня сестре тринадцать. Так она, как в машину сядет, каждый раз заставляет включать его и ещё там парочку рэперов.

-Тринадцать? - щурится Тигран,- Ясно...А она откуда?

-Ну YouTube же, LIKEE, на чем ещё сейчас подростки сидят? Там где-то и находят, - пожимаю плечами,- А что?

Тигран вытаскивает свой наушник, вздыхает и нервно трёт переносицу.

-А то, что это Рамиль.

Я застываю с открытым ртом. А у Керефова на лице чуть ли не вселенская скорбь отображается. Он кривится и отшвыривает телефон на матрас.

- И вот ради этого он мне мозг выносит. Променять МГИМО на писк тринадцатилетних сыкух. Охренел вконец,- переводит на меня горящий взгляд,- Не в обиду твоей сестре, конечно.

-Да какие обиды,- бормочу в ответ.

Тигран встаёт с кровати, выбивает сигарету из пачки, лежащей на тумбочке, и подходит к раскрытому настежь окну. Открываю было рот, чтобы сделать ему замечание, что в спальне не курят, но вовремя прикусываю язык. Вижу, как его, обычно спокойного, всего потряхивает от едва сдерживаемого раздражения. Керефов мажет по мне невидящим взглядом и отворачивается, выдыхая дым на улицу.