Я научу тебя любить

У меня нет такого в планах. Я не испытываю к ней приязни. Она поступила с вами по-скотски. Прощать ли такое поведение — вопрос ваш. Я прощать и поощрять не собираюсь. Если она приедет, если я увижу, что она пытается манипулировать Аней — я буду жестким. Она ей не нужна. Такая мать ей не нужна.

Корней произнес, глядя Зинаиде в глаза. Видел, как взгляд отмирал, но сказал все, что хотел. Знал, что умом старшая Ланцова с ним согласна. И что спокойно выслушать такое не может — тоже знал. Но в целом-то… Она ведь для этого и заговорила.

Чтобы… Быть уверенной.

— Просто вы так… На меня… Если бы Аня не заговорила о море, то я смолчала бы. Но я вижу, что вы… Простите за честность, но я вижу, что вы ведете себя не так, как я ожидала. Вы не просто любите Аню. Вы идете у нее на поводу. Вы позволяете ей собой крутить. Я понимаю, что у вас наверняка есть рамки дозволенного. Но просто… Может случиться так, что… Вам будет сложно бороться с Анфисой если вдруг… Вы должны это понимать…"

"— Я не забивал на своего ребенка на пятнадцать лет, Зинаида.

Я не выбрасывал его за шкирку из собственного дома только потому, что мне предложили неплохие деньги с единственным небольшим условием: подставить самых близких. Я не пообещал приехать, когда все уже вроде как должно было наладиться. Тем не менее, я могу с закрытыми глазами определить — Аня счастлива или несчастна в определенный момент времени. Просто почувствовать. Мы прошли непростой путь. Научились друг друга понимать. Мне кажется, я могу рассчитывать на то, что мое слово что-то будет значить для Ани. Ваша дочь же сама себя лишила права на уважение. Мое точно. Уверен, Аня совсем скоро поймет, что и ей уважать… Анфису… Не за что.

Его слова были жестокими, но справедливыми. Зинаида кивнула, испуская протяжный вздох. Ей нечего было возразить. Даже добавить нечего. Ведь если убрать эмоции, в сухом остатке все четко так, как он сказал. И потерять уважение к матери, любую веру в нее — это лучшее, что может случиться с Аней. Как бы парадоксально ни звучало, лучшее.

Аня вышла из ванной, когда разговор вроде как был окончен.

— Едем? — не ответила, просто кивнула Корнею. Посмотрела на бабушку долго, потом на него…

Возможно, хотела что-то сказать, но смолчала.

* * *Вся веселость, сочившаяся из Ани во время обеда, будто бы испарилась по дороге от Зинаиды домой. В машине они практически не разговаривали. Оказавшись в квартире, Аня занялась подготовкой к парам, Корней проверял почту. Сидели рядом на диване, но совершенно автономно.