Я научу тебя любить

Не только любить. Но принимать. Понимать. Прощать. Отпускать. Он был на пути.

— Я чудаковатая, но не настолько… — Услышал Анин ответ, поймал легкую улыбку, вздернул бровь, не совсем понимая… — Я тебе доверяю, Корней. Мне не страшно будет… Я готова. Таблетки тоже очень надежные. Мне врач объяснила, что… Что если я уверена в партнере, а партнер во мне, то… То от беременности они защитят. А в-венерических у меня нет, поэтому…

— Я знаю, зайка. Не волнуйся.

Корней видел, что последние слова Ане произносить было сложно.

Ни она его, ни он ее.

Гладко не будет, не стоит обманываться. Но они больше не пойдут друг против друга, чтобы сравнять мир с землей.

— В общем… — Аня мотнула головой, улыбнулась куда бодрее, посмотрела куда уверенней… — Это все, что я хотела сказать.

Заключила, окончательно поворачиваясь в кресле.

Снова прижимаясь затылком к подголовнику, но глядя уже на Корнея. Сначала нежно, скользя взглядом по лицу, плечу, руке… Но потом снова… Нахмурилась, вздохнула…

Было очевидно, что ее что-то мучает, но она молчала.

Закусила губу, вздохнула…

— Корней, — не выдержала, окликнула. Дождалась, когда мужчина кивнет, как бы подтверждая: я весь внимание…

Посмотрела вниз, собираясь… Снова вздохнула.

— Денису… Стажеру… Закончили стажировку раньше времени. В понедельник он уже не выйдет. А должен был… Еще неделю.

— Ань, — Корней посмотрел мельком, но жестко. Аня понимала, почему. Хвалить Дениса — не лучшая идея, но просто… Ей надо было выяснить. Она чувствовала, что снова начинает себя есть. А им это нельзя. Для них это плохо.

— Дослушай. Пожалуйста.

— Я не хочу слушать о нем, Ань.

Реакция Высоцкого была ожидаемой. Объяснимой даже. Аня все понимала. И зря начала, наверное, но… Очень надо было выяснить.

— Просто скажи мне, это ты попросил Ольшанского? Ты снова из-за меня?

Аня произнесла, глядя на профиль, наконец-то не скрывая эмоции. Ей было ужасно сегодня. Когда узнала, что все именно так. Не потому, что жалко Дениса. Не потому, что это вроде как несправедливо. А потому что… Ее снова накрыло чувство стыда перед Корнеем. Ведь подобная просьба — она тоже унизительна. И тоже из-за нее…

Он ответил не сразу. Видно было, что злой.