Я на тебе никогда не женюсь

Из команды гвардейцев сейчас пятеро на метлах кувыркаются под прозрачным куполом полигона, перекидываясь странной огненно-ледяной сферой. Джай-таль так и не понял, как архимаги ухитрились заточить огонь в ледяную оболочку. Слышал только название. Что-то вроде «Горячего льда». Пятеро — внизу. И как они умудряются стоять на этих странных штуках, привинченных к сапогам?! Потому что вместо пола — идеально гладкий лед. У этой пятерки в руках странные изогнутые наподобие клюки длинные палки. Напротив гвардейцев — кстати сказать — на спинах их туник отпечатано название команды.

Точно так же расположились их противники. Одежда на студенческой команде синяя. На спинах и на груди — крупные белые буквы «АКБ».

Джай одним глазом смотрит игру, в которой уже все перемешалось. И уже не понять — кто и где, видны лишь мечущиеся по сумасшедшим траекториям ледовые шары с ярким пламенем внутри. Внизу их отбивают клюками. Под потолком стараются поймать руками в странных перчатках.

"Вторым же глазом Джай косит на рыжее недоразумение, смирно сидящее между ректором и Вальен-талем. Мужчины увлечены игрой, впрочем, как и зрители. Болельщики — неизвестно, с чьей легкой руки прилетело странное слово, но моментально прижилось, стало синонимом пароля, и теперь оно — главное в академии.

— Попробовать еще раз, — мелькает в дурной голове не менее дурная мысль. И он тянется к мальчишке. Тянется, силясь поймать взгляд. Так легче: зацепиться, удержать, заставить. Не могут же опекуны Ангела всегда держать щит. Джай по себе знает — какая прорва энергии уходит на поддержание щита.

Мальчишка не подводит: внезапно вскидывает голову и цепляет взглядом его, Джая, взгляд.

— Ох, и дурак же ты, Джай, — доносится до него чей-то грустный голос. — И чего привязался-то? Жил бы себе в свое удовольствие.

В голове Джай-таля взрывается та самая ледяная сфера, и последнее, что он успевает подумать:

— Я на тебе никогда не женюсь!

А потом провал в привычное серое безмолвие….

Очнулся почти сразу же.

Понял, что никто из болельщиков и внимания не обратил на его уход от реальности. Никто, кроме ненавистного уже пацана. Который, к тому же, так и не отвел от него взгляда. Взгляд зовущий.