Я, Лунин…

— Вас тоже шантажировали? — удивился Илья.

— Нет. Мне просто показали фотографии моего мужа. Не столь пикантные, как я поняла из вашего рассказа, но тем не менее.

— И как, вы быстро успокоились?

— Как только на развод подала, так сразу и полегчало.

Дождь с силой заколотил по крыше «хайландера». Махнув Илье рукой, Ирина бегом бросилась к своей машине. Илья видел, как стремительно темнеет от бьющей по плечам воды ее белоснежный пиджак.

Захлопнув дверь машины, он некоторое время размышлял, что ему делать дальше.

Вариантов было не много. Самым соблазнительным представлялось вернуться в квартиру и сварить, наконец, томящиеся в морозилке пельмени. Пересилив себя, Илья просмотрел фотографии, сделанные им вчера в архиве, затем выписал в блокнот несколько имен и телефонов. Бросив взгляд за окно машины, он увидел, что желтый «ситроен», в который садилась Шестакова, уже уехал.

Набрав первый из выписанных номеров, Лунин сразу услышал сообщающий о недоступности абонента голос. Вторая попытка оказалась немногим более удачной.

Хотя абонент числился в выписанном в блокнот списке как Антонова Наталья Юрьевна, Илья услышал в смартфоне хриплый мужской голос. После некоторых препирательств с мужчиной, желающим узнать, кто и с какой целью интересуется Натальей Юрьевной, Лунин выяснил, что Антонова на работе, телефон она забыла дома, а сама вернется не раньше девяти вечера. Сделав пометку в блокноте, Илья продолжил обзвон. В конце концов ему удалось договориться о нескольких встречах. Задав в навигаторе адрес первой из них, он включил дворники на полную мощность. «Хайландер» медленно тронулся с места, рассекая бампером потоки льющейся на землю воды.

В это же самое время на мобильный телефон уже подъехавшей к зданию следственного комитета Шестаковой поступил звонок, с номера ей хоть и известного, но беспокоившего ее совсем не часто.

— Слушаю тебя, Сергей Львович! Что-то случилось?

Она решила поговорить со звонящим до того, как выйдет из машины.

Выслушав несколько коротких, обрывистых фраз, Ирина нахмурилась.

— С самого утра, говоришь? А позвонить только сейчас надумал? Уже обед прошел.

В ответ прозвучало всего несколько слов, которые с большой натяжкой можно было принять за извинения.

— Хорошо, Сергей Львович, я скоро буду.

Вздохнув, Шестакова вновь защелкнула ремень безопасности и завела двигатель. Дворники заметались по стеклу, разгоняя струи все никак не желающей успокоиться грозы.