Я куплю тебе новую жизнь

Непробиваемый! И все же не хотела сегодня спорить. И так очень редко видятся. Вон Стаська какая счастливая сидит. Глаз с него не сводит.

– Вижу, тот испанец здорово тебя помутузил, - заметила баба Шура, - до сих пор ссадины остались.

– Это ты еще испанца не видела! – в голосе Егора нет самодовольства. Привычно ровная интонация.

– Упаси Боже! Мне хватает того, что мне Стася рассказывает. Это она - твоя ярая фанатка. Вон ночью прямую трансляцию смотрела.

– Ба! – возмущенно осадила «железную» бабушку Стася. Посмотрела выразительно, намекая, что подобные откровения ни к чему.

– Твоя любимая рыба!

Зато взгляд Аравина прожег насквозь. Щеки вспыхнули, как ни старалась Стася напустить на себя беззаботный вид. Что называется, душа задрожала под этими пронизывающими глазами. Сжала вилку сильнее, но взгляд не отвела.

– Люблю спорт! – попыталась выкрутиться девочка. – На прошлой неделе даже записалась в одну из секций.

– На художественную гимнастику, – добавила баба Шура, на долю секунды задерживая на девочке взгляд. Они здорово поспорили тогда. Стася захотела записаться в секцию бокса. Аравина была категорически против. Едва услышав подобное заявление от Стаси, чуть в обморок не грохнулась.

– Только через мой труп! – вскричала Александра Михайловна.

– А что здесь такого? – упрямо спросила девочка.

– Что такого? Мало мне внука-боксера, так ты еще туда же… Это не спорт! Это какой-то совершенно бессмысленный мордобой!

– Неправда! – с обидой парировала Стася.

Баба Шура в сердцах швырнула фартук на ближайший стул.

– Знаешь, я бы и Егора никогда не пустила в бокс! Это его родителям безразлично было, чем чадо занимается, лишь бы под ногами не болталось лишний раз. Ох… – вздохнула тяжко. - Что говорить… Ты сама видела, какой он. Застрял в своей горечи.

– В боксе нет ничего плохого, – настойчиво, но уже совсем тихо повторила Стася.

– Ну, етить колотить, вся семья непутевая!

Девочка слегка поморщилась под изучающим взглядом Александры Михайловны. Как трудно давалась ложь. Ей было стыдно обманывать бабу Шуру. Ведь уже вторую неделю она ходила в секцию бокса.

Об этом знал только Гриша, который возил ее в спортивную школу.