Я хочу твою шкуру, дракон! или Верните всё обратно!

Мы приземлились на горном плато, где были расположены человеческие поселения. Не только человеческие, конечно, там были и представители других рас, как назвала их Люся, нелюдей. Были и несколько эльфов, с одним из них, каким-то мудрым философом и магистром жизни, как раз и хотел повидаться Сухариэриел. Ашшур сразу рассказал, что жить мы будем в человеческом поселении. И посмеялся в ответ на мои рассказы о слухах, что люди, попавшие в Гряду Драконов, пропадают и больше об их судьбе никто не слышит.

— Большинство остаются жить у нас.

Их никто не притесняет, природа красивая, жизнь комфортная. Это их выбор. Те, кто решает вернуться, возвращаются. Просто на них накладывается магическая печать «тайны драконов». Они не могут поведать никакой информации о драконах, магия не позволит.

— Это будет и с нами? — спросила я.

— Нет, — рассмеялся Ашшур, — с вами так не будет.

Нас встретила делегация из нескольких оборотней-драконов и представителей поселения, в котором нас должны были разместить. Нам поклонился высокий и статный седовласый мужчина, вышедший вперед от представителей поселения:

— Я староста Ификей Антолей, по всем вопросам проживания, пропитания и прочих удобств вы можете обращаться ко мне.

Но сначала представились и поприветствовали нас драконы. Несмотря на то что выглядели они по-разному: отличались ушами, чешуйками на маске и окрасом, никого из них я не запомнила. Сложные, зубодробительные имена, надменные выражения лиц и взгляд желтых глаз свысока. Они цепким изучающим взглядом прошлись по нашей компании, не выразив никаких эмоций.

Сухо кивнули только Ашшуру, но вслух ничего не сказали. Были у меня подозрения, что общаются они мысленно, но это лишь подозрения.

Привлек мое внимание только один, самый молодой дракон из делегации. Было в нем что-то от Ашшура. Цвета его чешуек и волос были почти такими же, только в другой пропорции, но главное — это веселый, насмешливый взгляд, которым он периодически одаривал Ашшура и кого-нибудь из нашей компании, привлекшего его внимание.

Его первое имя, среди еще двадцати, я запомнила — Фейхейе.

Мы по очереди выгружались из дилижанса, забирали свои вещи, устраивались на земле, осматриваясь, пока поджидали остальных.

В это время вдруг драконы резко заговорили, начали восклицать что-то и обвинительно уставились на Кантора. К нему подошел Фейхейе, и взгляд его потерял веселость, стал строгим и обличительным.

— Ты осквернил землю драконов!

Мы все всполошились.