Соль этого лета

— А?

— Вы совсем обалдели? — показывает на кровать, держа в руках покрывало.

Там — дар от Тарханова! Убейте меня. Всё в презервативах!

— О, боги! — закрываю ладонями лицо.

Я забыла совсем про них!

— Это покушение, я считаю! — хихикает Люба. — Ты хочешь, чтобы я от зависти умерла? Или это патроны для расстрела самолюбия Рустама Давидовича? Тогда почему в моей кровати??

— Люба! — страдальчески вздыхаю я. — Давай их выкинем просто.

— Да сейчас же! Столько добра… Ты в душ шла? Иди, — выпроваживает меня за дверь.

В душевой поднимаю горящее лицо под прохладные струи воды.

Ну что за день такой, а? Скорей бы закончился…

Глава 32. Накосячить

Засунув чешущиеся кулаки в карманы шорт, смотрю в окно.

— Миха, извинился… Держи себя в руках, — убеждает меня Яша.

— Мхм…

Если я с ним сцеплюсь, Алёна опять скажет, что я пацан. И не контролирую эмоции.

А я контролирую.

— Ну, ладно тебе, Мар, и мы в таком духе шутили с Максимовной. Не надо устраивать войну после того, как они дали заднюю и извинились.

— Я и не собираюсь.

— Ну и славно, — выдыхают пацаны.

— Но я поговорю…

— Не надо! — хором и наперебой. — Тогда все будут не догадываться, а точно знать, что вы с Аленой замутили.

— Нда. А так, я как лох должен молчать, когда к моей девушке пошло подкатывают?

— Ну, разрулили без тебя!

— Вот именно — без меня.

— Давай так: пока — замяли. Будет ещё один заход, тогда уже наедешь? — предлагает Яшин.

Это очень нелегко для меня. Нет, я не собираюсь лезть в бутылку и устраивать драки.

Выхожу из комнаты, мне там тесно от огня бушующего в теле. В холле у кулера несколько дзюдоистов с Мишей.

Мы застываем с ним глаза в глаза.

На мгновение слепну от того, как подскакивает давление.

Сверлим друг друга взглядами. Допив воду, сминается стаканчик, бросает в урну.

— Ну, окей, пойдём, — кивает мне на дверь.

Иду за ним на улицу. Сердце ускоряется.

— Пацаны, тормозите! — в разнобой доносится от дзюдоистов в спину.

Идем с ним рядом по беговой дорожке.

Дзюдоисты следят за нами с крыльца. Наши тоже высыпают всей толпой.

И попробуй тут сохранить что-то в тайне! Все всë мгновенно просекают.

— Если я зашёл на твою территорию, Тарханов, скажи открыто — моя девушка, мы вместе. Я тебя уважаю. Лезть между вами не буду. Если не твоя… Тогда какие вопросы? За грубость я извинился.

Ну вот он момент истины.